Ледяной палач

– Ты бы Антоновну попросил бритву тебе принести, а то мы с тобой уже вторые сутки небритые, скоро зарастем, как лешие, с бородами мохнатыми, – заметил невольное движение Станислава Лев Иванович. И ему вдруг тоже стало некомфортно со щетиной, на которую он сегодня весь день даже внимания не обращал. Не до того было.

Крячко опять полез в тумбочку и достал из ящика два одноразовых станка.

– А я уже раздобыл нам с тобой по одному, – довольный, сказал он. – Мужики из соседней палаты поделились. Завтра утром и побреемся.

Друзья проговорили еще часа полтора, когда Гуров вдруг вспомнил:

– Елки-моталки, мне ведь Сладкову вопросы нужно эсэмэской выслать, чтобы он Патрушевой их утром задал!

– Ты лучше позвони, – посоветовал Станислав, посмотрев на часы. – Узнаешь заодно, что там интересного Михайлюк еще рассказал на допросе. Звони, а я на страже постою, чтобы к нам дежурная медсестра нежданно не нагрянула.

Крячко взял костыль и попрыгал к двери, а Лев Иванович набрал номер Сладкова.

Утром Гурова разбудил шум в коридоре. Лев Иванович одним глазом глянул на экран айфона и проснулся окончательно. За окном было еще темно, но медсестры уже начали ходить по палатам, разносить градусники, ставить уколы, раздавать таблетки.

– Сколько уже? – в полумраке палаты спросил Гурова Крячко.

– Половина седьмого, – ответил полковник и сел на кровати.

Вчера они легли поздно, и то только после того, как дежурная медсестра заглянула к ним в палату и, нахмурив брови, строго сказала: «Свет выключайте.

В половине девятого, когда завтрак уже закончился и доктора начинали утренний обход по палатам, Гуров не вытерпел ожидания и заявил Станиславу:

– Все, иду искать нашу свидетельницу и доктора. В конце концов, времени у нас на долгие ожидания нет. У меня сегодня дел – по уши. Надо хотя бы узнать, когда ее можно опросить.

– Я знаю, где она лежит, – Станислав встал и, опираясь на один костыль, пошел к двери.

На полпути им встретился лечащий врач Крячко. Он строго посмотрел на раненого сыщика и сказал:

– Сегодня выпишу. Не лежится ему, – покачал он недоуменно головой и пошагал по коридору дальше.

– Это правильное решение, доктор! – крикнул ему вдогонку Крячко и, повернувшись к Гурову, сказал: – Вот снимем показания со свидетельницы и дернем отсюда, пока он не передумал. За выпиской потом заедем, когда будем отбывать в Москву.