Лестница Пенроуза (СИ)

Минимум вещей: стол, стул, кресло и книжные полки в гостиной, в спальне – узкая, по-солдатски застеленная даже на вид жестким шерстяным одеялом кровать, кухня вообще больше походила на операционную – сплошь белейший кафель, несколько ножей на прибитой к стене магнитной ленте, тускло блестящая металлическая мойка и удручающая пустота. Складывалось впечатление, что здесь никто не живет, что эта квартира – обманка, как модели комнат в мебельных магазинах, имитация жизни.

Когда он вернулся в гостиную, Артур стоял у стола и брезгливо ворошил указательным пальцем бумажки.

– Счета за жилье, – сказал Артур. – Ну?

– Что ну? – спросил Имс. – Ничего там нет, все как в морге – пустое и безжизненное.

– Надо все же поискать, – Артур упрямо сжал губы.

– Надо валить отсюда, и побыстрее, – не согласился Имс.

– В том моем сне Кобб сказал, что…

– Арти, дорогуша, ну что ты собираешься искать? – спросил Имс.

– Что-нибудь, – сказал Артур.

– Ладно, – сказал он. – Будем действовать последовательно, пойдем по схеме «навстречу друг другу».

– Начнем с этой комнаты, – согласился Артур.

– Отлично, тогда книжные полки – мои, а ты бери себе письменный стол и спальню.

Артур уверенно взялся за один из ящиков письменного стола. У Имса возникло странное ощущение дежавю.

Артур споро обшаривал стол – выглядело это так, словно он занимался этим не в первый и даже не в десятый раз. Экономные и расчетливые движения Артура привели Имса в недоумение, и тут же он поймал себя на том, что и сам проглядывает полки так, будто руки сами знают, что делают.

Изумляться будем после.

Книг, надо сказать, было много. Насколько Имс успел понять, подавляющее большинство томов содержали исследования и сборники публикаций по физике: Эйнштейн, Де Бройль, Шредингер и еще куча незнакомых Имсу имен.

Корешки книг были захватанными, книжки стояли не для виду, пользовались ими явно часто и помногу.

– Этот старик – фашист, – вдруг сказал Артур. В голосе было нескрываемое отвращение.

Артур добрался до нижнего ящика, и тут ему, можно сказать, повезло: он наткнулся на толстый старинный альбом с фотографиями. Переплет у альбома был похабно-алый, бархатный, с проплешинами и залысинами. Углы лоснились. Фотографии, видимо, тоже рассматривали часто.

Имс подошел, Артур подвинулся в сторону, давая лучший обзор выложенной на столешницу находки.