Лестница Пенроуза (СИ)

Так мало сохранилось изысканных женщин, но все же они есть!»

Комплимент был таким же грубым, как и колье, все же он общался не с престарелой аристократкой, но Амалия расцвела и пару раз за время обеда ласково погладила его по колену.

Царство неудовлетворенности, подумал Артур.

Однако ближе к вечеру атмосфера начала неуловимо меняться.

– Артур, зайди, – сказал Имс по телефону.

Он обнаружился на балконе с сигаретой, облокотившимся на парапет.

– Насколько я помню, а ты должен знать, деловых встреч на сегодня у меня нет?

– Верно.

– Как насчет поужинать?

– Со мной? – поднял бровь Артур.

– А ты видишь здесь еще кого-нибудь? Может быть, платиновую блондинку? Ау? Где вы, мадам?

– Есть определенные пожелания к кухне, к стилю?

– Хочу что-нибудь кубинское.

Глаза Артура блеснули.

– Только я хочу заехать домой переодеться. В костюме будет жарко. И потом – я сегодня еще не был дома. Как ты знаешь.

Имс слегка дернулся, но потом нарочито расслабленным жестом поднес к губам сигарету.

– Конечно. Я тоже переоденусь. Заедешь за мной на такси в девять. Я надеюсь, там, где ты закажешь столик, будет действительно хороший ром.

Кубинских местечек – так, чтобы с колоритом, с музыкой, с танцорами – в Москве почти не наблюдалось. Однако Артур знал один ресторан почти на окраине, где подавали неплохие коктейли с ромом, учили латине настоящие кубинцы, а порой радовали видом круглых задниц в перьях подлинные бразильянки, а не отлежавшиеся до цвета темного шоколада в солярии малороссийские красотки.

От имсова дома до ресторана даже на такси предстоял довольно долгий путь, и Артур решил воспользоваться дополнительной возможностью.

Он оделся в такую тонкую белую хлопковую рубашку, что она казалась почти прозрачной – почти, но не совсем, и надел узкие драные джинсы – не настолько драные, чтобы смотреться неприлично, но достаточно, чтобы вызывать непрошеные мысли. Легчайшие кроссовки навеяли воспоминания о гипотетических индейских предках, и Артур почувствовал себя невесомым, тонким и юным, как будто ему было пятнадцать лет.

Джинсы определенно стоили денег, которые за них были уплачены, – на секунду расширившиеся зрачки Имса были гораздо дороже.

И еще Артур теперь непрерывно улыбался. И не потому, что хотел сразить спутника ямочками на щеках, а вполне искренне – потому, что на этот раз Имс сам надел рубашку от Etro.