Спросил, шмыгнув носом:
- Что «ясно»?
- Если ты пойдёшь бить его, значит, ты и меня бы пошёл бить.
Шева возмущенно развёл руками:
- Ну, это же не ты!
- А в чём разница?
- Ты – мой друг. А он… никто.
- Вот как, - задумчиво проговорил Лёва.
Ему стало грустно, гадко и непонятно. И самое непонятное: почему он не может взять и разлюбить этого трусливого дёрганного торчка, у которого мозг всё больше и больше сжимается в орех от вонючего клея (и это заметно до безобразного – как он тупеет с каждым днём).
Но Лёва, глядя на серое исхудавшее лицо, будто бы видел не его, а прежнего Юру – весёлого, идейного, безбашенного, слегка глуповатого, но такой очаровательной глупостью. Может быть, не только у Шевы, но и у него, у Лёвы, искаженная реальность.
Может, он видит в нём то, чего давно уже нет?
Лёва изучал расписание на первом этаже: у «Б» класса пять уроков, у «А» – шесть. Последний – физика. Лёва поморщился от предчувствия неприятностей: у Григорича пропускать себе дороже – он потом на контрольных даёт индивидуальный вариант «прогульщикам».
Шева, остановившись за Лёвой, глянул на расписание через его плечо. Лёва обернулся.
- Идёшь на физику? – с прохладой в голосе спросил он. Всё ещё злился за вчерашний разговор.
Шева помотал головой:
- Не.
- Почему?
- Да как-то не охота, – он пожал плечами и, отступив на шаг, устремился к гардеробу.
Лёва усмехнулся про себя этому «не охота». Нужно было найти Власовского.
Он караулил Якова на втором этаже возле спортзала – пятым уроком у «Б» класса была физкультура.
Левое крыло второго этажа было полностью отдано спорту и спортивным достижениям: в холле висел стенд с кубками и медалями, а за ржавой фигурной решеткой располагались раздевалки и спортзал.
Пока Лёва делал вид, что очень увлечен разглядыванием кубков школьных команд по баскетболу и гандболу, в мужской раздевалке началась шумная перепалка с криками и ржачем. Крик был непонятный, а вот ржач – очень понятный: противный и уничижительный.
Из раздевалки выскочил Яков с раскрасневшимся лицом – Лёва отметил, что даже в футболке и спортивных шортах он выглядит, как уставший интеллигент. Остановившись возле раздевалки для девочек, Яков выпрямился и аккуратно постучал в дверь костяшкой указательного пальца. Из раздевалки мальчиков доносился хохот: - Прости, Яша, мы думали, тебе с девочками будет комфортней!
Лёва сразу понял, что случилось: вещи Якова закинули в девчачью раздевалку. Избитый трюк.
