Личное дело женщины-кошки

Я живо сунула телефон в карман и ответила приближающемуся милиционеру, пухлощекому пареньку, по виду чуть старше Машки:

– Сумка! Она у этой женщины была, в ней письмо.

– Давайте!

– Пожалуйста, забирайте, – сказала я.

– Одежда чья? – не успокаивался юноша в форме.

– Наша, – пискнула тетка.

– Чего на землю швырнули?

– Прикрывали несчастную, – ответила я, – она на холод жаловалась.

– Была в сознании?

– Ну… вроде.

– Что говорила?

– Непонятное, – влезла в разговор тетка, – и не разберешь!

Милиционер нахмурился, открыл сумку, достал листок с прощальным письмом и паспорт Тани.

– Угу, – забубнил он, – угу, пошли.

– Куда? – хором спросили мы с теткой.

– Слышь, Колян, – окликнул парня другой милиционер, – похоже, она вон оттуда сиганула! Окно открыто! Пойду погляжу, чего там!

– Ступай, – милостиво разрешил Колян, – а я свидетелей опрошу!

Нас отвели в машину, женщина представилась Натальей Федоровой, бухгалтером.

– В бутике работаю, – нервно повторяла она, – покурить пошла, только сигареты вынула, бах-ба-бах! Мама родная! Она ведь могла прямо на меня угодить!

– Теперь вы, – повернулся в мою сторону Колян.

– Ольга Ивановна Кузнецова, – не моргнув глазом соврала я, – покупательница, зашла в кафе, выпила капучино, заглянула в туалет…

– Паспорт с собой?

– Нет!

– Что же так? – укорил меня мент. – Документ непременно надо иметь при себе. Вдруг вас в подворотне убьют? Как личность установить? Родные искать начнут, где труп Ольги Ивановны, а он в неопознанных!

– Обязательно учту ваш совет, – кивнула я.

– Из-за таких, как вы, – продолжал злиться Колян, – у милиции дел невпроворот. Вот Медведева молодец, решила из окошка сигануть и паспорт прихватила! Теперь мы ее живо оформим. А вы? Ищи потом, свищи концы. Ладно, говорите свой телефон.

Я назвала первый пришедший в голову набор цифр.

– Вас вызовут для дачи показаний, – пообещал Колян, – а сейчас расходитесь!

Добравшись до машины, я влезла в салон и затряслась в ознобе. Зубы отбивали барабанную дробь.

Невесть откуда в доме Медведевых материализуется Настя. Единственный человек, который способен пролить свет на происхождение девушки, – это ее мать, Зоя Андреевна Килькина. Настя потеряла память, но потом она к ней вернулась и девушка поняла, что Килькина ей никто, а в Москве живет ее родной отец – Михаил Медведев.