Лихорадка в крови

— Можно положиться на вашу скромность?

Полковник снова помолчал.

— Какую услугу, господин полковник? — осторожно спросила Виллему.

Полковник Кроне не знал, с чего начать.

— Я… понимаете, я человек одинокий… И немолодой. Женщины уже давно не балуют меня своим вниманием. Но тем не менее мне необходимо женское общество. Вы меня понимаете?

— Я… я большой ценитель женской красоты. Мое слабое здоровье не позволяет мне теперь ухаживать за красивыми женщинами. Вы, фрекен Элистранд, обладаете редкой красотой. Я никогда не видел такой женщины.

Ваш кузен в полночь покинет Копенгаген с последним судном, которое пойдет в Швецию, если вы сегодня вечером придете ко мне домой и составите мне компанию.

Щеки Виллему пылали. Она ждала, что ей предложат стать предательницей, шпионкой, но на такой исход она не рассчитывала! Она не предполагала, что полковник потребует от нее столь интимных услуг!

— Сударь, я вас умоляю! — Виллему с трудом подыскивала слова. — Я должна сохранить целомудрие до свадьбы!

Полковник нетерпеливо взмахнул рукой.

— Ваше целомудрие останется при вас. Я вас не трону.

— Тогда, я не совсем понимаю…

— Я уже сказал вам, что здоровье не позволяет мне наслаждаться благосклонностью женщин. Единственное, чего я хочу, это видеть вас. И чтобы вы оказали мне некоторые совершенно невинные услуги.

Виллему испугалась. Чувство приличия заставляло ее крикнуть «нет».

— Прежде женщины не давали мне проходу, — продолжал полковник усталым голосом. — Я был неутомимым любовником.

Теперь я стар, безобразен, разгульная жизнь пошатнула мое здоровье. Однако желания до сих пор не покидают меня. Итак, фрекен Элистранд, согласны ли вы доставить мне радость сегодня вечером?

Виллему почувствовала дурноту. Ее большие испуганные глаза не отрывались от полковника.

— Уверяю вас, я не причиню вам никакого вреда, — повторил он.

«А моя честь? — думала она. — Смогу ли я уважать себя после этого? Как я буду смотреть людям в глаза? И в чем состоят эти невинные услуги?»

Она вспомнила о Доминике.

Легко представить себе, что его ждет в плену у датчан. Сколько уже лет графиня Леонора Кристина провела в заточении в Голубой Башне? Скоро тринадцать? А Доминик? Неужели и его ждет такая же судьба? Неужели ему суждено состариться за тюремными стенами в этой вражеской стране?

У нее была возможность спасти его.

За его спасение можно было уплатить любую цену.

Виллему глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от комка, застрявшего в горле.