Любимый незнакомец

Локоны, уложенные в прилежные волны, обрамляли ее лицо и ниспадали до плеч. На ней было простое коричневое платье с узкими лацканами, которые сходились на груди к поникшему банту. Чтобы не выглядеть слишком броско, она перехватила платье в талии тоненьким поясом, но ткань казалась поблекшей после множества стирок, хотя коричневый цвет по-прежнему придавал ее коже мягкий и теплый оттенок. А может, дело было вовсе не в платье. Щеки у нее розовели, она задыхалась, грудь поднималась и опадала так, словно она обежала целый квартал, а не примчалась из прачечной к нему в комнату.

Он хмуро взглянул на нее:

Она без единого слова протянула ему его майки, и он, не понимая, в чем дело, забрал их. Они стояли вдвоем в запертой комнате, но, казалось, она все равно никак не может подобрать нужные слова.

– Я прошу Маргарет складывать ваши вещи, чтобы я не… чтобы не нарушать… ваше право на личную жизнь. Но она кое-что пропустила.

– О нет, – охнул он. – Что на этот раз?

Она подняла на него глаза, моргнула, сглотнула, и он заметил, как у нее на шее, под шелковой кожей, бьется тонкая жилка.

– Вот эта, на самом верху? – Она махнула рукой в направлении стопки маек.

– Что с ней? – выдавил он.

– Наверное, вы надевали ее вечером в ту субботу. Но Маргарет ее пропустила. Она так и лежала в корзине для грязного белья. Нестираная.

– М-м, – только и сказал он. Но он наконец-то все понял. Она шпионила.

– Я просто хотела отнести их вам. И корзину тоже. Но… корзину я, кажется, забыла.

– Но теперь не могу вспомнить, что именно.

– Не можете вспомнить?

– Нет. – Она помотала головой и облизнула губы.

– Зачем вы заперли дверь? – спросил он, начиная догадываться. Его сердце догадалось обо всем первым. И тело тоже. За запахом отбеливателя и мыла крылось что-то еще. Он положил майки на свой комод.

Она подошла к нему чуть ближе и остановилась, но не ответила на вопрос.

– Что вы увидели, Дани? – Он шагнул к ней.

– Я увидела себя.

– Чтобы узнать об этом, вам понадобилась моя майка?

Она подошла еще ближе, так, что теперь их разделяло всего несколько сантиметров. Но она не коснулась его, а он не коснулся ее.

Жар, разливавшийся по его телу, взревел и взорвался, словно бойлер в подвале.

– И это все? – Он старался говорить очень спокойно.

Она кивнула, медленно подняла руки, положила их ему на грудь.