Любовь-морковь и третий лишний

Суда пока не было, он состоится тогда, когда медицина даст разрешение, а, учитывая почтенный возраст Ожешко, думаю, она не скоро очутится на скамье подсудимых, если, конечно, вообще там окажется. Пока что Альбина Фелицатовна очень больна: сердце, давление, нервы… У нее случился инсульт, но не обширный, говорить и передвигаться она вполне способна.

Павел стал наследником имущества Семена и Тины. Закревский рачительно распорядился упавшими с неба деньгами, он открыл в Москве салон и стремительно входит в моду. Жанна играет теперь в «Лео» главные роли, Павел щедро спонсирует театр, и Щепкиной пришлось прикусить раздвоенный язык.

Павел и Жанна живут душа в душу, а Ириска носится по огромному загородному дому, кстати, Закревский хочет, чтобы «Лео» теперь назывался «Театр имени Тины Бурской».

Наша семья здравствует, никаких особых коллизий в доме не происхоит, я спокойно работаю с Юрой.

Впрочем, есть и кое-какие новости.

Пару недель назад я мирно собиралась на службу, но меня отвлек от сборов звонок мобильного.

– Лампа Романова? – спросил равнодушный мужской голос.

– Да, – бойко ответила я.

– Я звоню вам по поручению Каролины Карловны Хованской, знаете такую?

– Она умерла и перед смертью просила напомнить вам: «Ты обещала». Понимаете о чем речь?

– Да, да, – закричала я, – кот Епифан! Когда скончалась Хованская?

– Три месяца назад, – абсолютно спокойно ответил мужик.

Трубка чуть не выпала у меня из рук.

– Но почему мне не сообщили сразу?

– Забыл, – без всяких эмоций признался собеседник, – а сейчас вспомнил.

Вымолвив эту фразу, он отсоединился, а я, бросив все дела, понеслась в Изобильный.

В домике Каролины Карловны теперь хозяйничала худощавая баба с тонкогубым, злым ртом.

– Здрасти, я по просьбе Хованской!.. – воскликнула я.

– Убирайтесь, – завизжала тетка, – домик мой, я бумагу имею, Каролина его мне завещала за уход и заботу, нечего рот на чужое добро разевать! Ты кто?

– Никто, – попыталась я успокоить алчную особу, – а вы, очевидно, Мария Николаевна, соседка? Мне ничего не нужно от вас.

– Чего тогда приперлась? – слегка сбавила тон баба.

– Приехала за Епифаном, отдайте мне его, если не жалко!

Мария Николаевна скривилась.

– Так я бы с радостью, но его нет.

– Где же кот? – испугалась я.

– Сам? Из родного дома?

Мария Николаевна уперла кулаки в тощие бока.