Любовница. По осколкам чувств (СИ)

Смотрю на листок, на котором её каллиграфическим почерком выведено лишь одно-единственное слово:

— Блядь! — ору на всю квартиру, а затем пулей вылетаю из неё и еду туда, где две старые перечницы прячут от меня мою (мою!) женщину.

По дороге перебираю в голове все возможные варианты, что могли случиться и, не отходя от кассы, придумываю миллионы удобоваримого вранья, чтобы вернуть Райскую себе в кратчайшие сроки и с минимальными потерями. Выстраиваю сам с собой диалоги, привожу доводы и жалею тысячу раз, что так и не выбил из Леры признания в любви.

Я бы мог им страховаться.

Я бы знал, что у меня есть это запасное колесо.

Нет! Никаких «но, если и кабы». Она моя. И точка!

На адресе у бабок я был уже спустя минут двадцать, не больше. Гнал, как в зад ужаленный, и собрал все возможные штрафы, но мне было в высшей степени плевать на это. Лишь бы быстрее до Леры добраться.

Набираю в домофон — скидывают. На третий звонок вежливо посылают.

С силой дёргаю на себя дверь и срываю магниты, а затем в секунду взлетаю на нужный этаж и начинаю звонить в дверь.

Когда время почти истекает, дверь наконец-то открывается, и Райская выходит ко мне. Зарёванная. Осунувшаяся. Несчастная.

За рёбрами от её вида что-то жалобно скулит. Она не должна быть такой. Никогда…

Но я почти сразу всё понимаю. Что. К чему. И почему.

За мгновение собираюсь с мыслями и приготавливаюсь крутиться ужом на этой раскалённой добела сковородке, но оказываюсь неготовым к тому, что тихая и недалёкая супруга подложила мне такаю свинью.

Чем крыть? Я не знаю…

И я неожиданно понимаю, что не смогу просто так взять и играючи решить этот вопрос. Да, я умею врать. Но против неприкрытой правды уже не попрёшь. Да и у Леры, что уж греха таить, железобетонные принципы и стальные яйца.

И единственное, что я могу сделать в создавшейся ситуации — это давить на неё.

Я был уверен в успехе.

Я бы поставил всё, что у меня есть на то, что Райская согласится с реальным положением дел.

Бабы эгоистки. И Лера тоже. Измены, другие женщины, мнимые вторые роли — ты, блядь, раб для их хрупкого эго, где должен дрочить только на невзъебенную персону своей зазнобы. Так я и так это делаю! Полгода ничего не вижу кроме неё.