Люди крепче стен

Еще две недели назад, рискуя жизнью, он подземными коммуникациями пробирался к своему дому, стоявшему на окраине города, только для того, чтобы обнять любимую и подержать на коленях дочь. В последний раз увидеться не удалось, жена оставила для него на столе записку, прижав тяжелой чернильницей, в которой сообщала о том, что оставаться в городе опасно, а потому решила уехать к тетке, проживавшей поодаль от жестоких сражений. Просила его беречь себя и надеялась на скорую встречу. Записка находилась у него в кармане френча в качестве оберега.

— Думаю, излишне напоминать, капитан, что мы солдаты, — наконец проговорил генерал-майор Гонелл. — И должны защищать фюрера и рейх до последнего вздоха с оружием в руках. Какие еще могут быть переговоры с русскими? Гарнизон должен сражаться до последнего солдата. Если вы думаете иначе… Любое другое решение буду расценивать как нарушение военной присяги. Вам понятно, капитан, что за этим последует?

— Так точно, господин генерал-майор. Я просто хотел выяснить…

— Если вы меня поняли, тогда покажите своим солдатам пример доблести и бесстрашия.

Капитан Ландман положил трубку. Призрачная надежда уцелеть в этом кошмаре была мгновенно разрушена. Комендант города-крепости уверенно шагает в ад и тащит за собой всех тех, кому каким-то чудом удалось выжить в череде непрекращающихся боев.

Офицеры, стоявшие рядом, с надеждой ждали ответа генерала и по тому, как помрачнело лицо капитана, догадались, что сопротивление будет продолжено. Вытащив письмо из кармана, Ландман порвал его на несколько кусочков и швырнул в камин.

— Укрепляйте позиции и подтаскивайте к амбразурам боеприпасы. Они нам еще пригодятся, — напомнил капитан.

Офицеры разошлись по местам расположения подразделений, чтобы передать приказ капитана солдатам. Из подвалов, где находились склады с оружием, зазвучали команды. Солдаты торопливо, понимая, что срок затишья ограничен, волокли ящики с патронами к огневым точкам.

Генерал-майор Мотылевский посмотрел на ручные часы и отметил, что ультиматум о капитуляции гарнизона равелина закончился десять минут назад. Обещание следовало исполнять, а стало быть, придется предпринять нечто более кардинальное, чтобы принудить немцев к сдаче гарнизона.

Равелин размещался внизу, к нему вела хорошо утоптанная дорога, контролируемая тяжелыми пулеметами.