Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

И, спроси его кто-нибудь, почему так, мужчина долго определялся бы с ответом. И не потому, что не понимал, что с ним происходит. А потому, что правильно сформулировать происходящее сразу бы не смог…

— Надо будет извиниться перед девчонкой, нехорошо вышло, — побарабанив пальцами по столу, констатировал, наконец, Полонский, слишком быстро и охотно возвращаясь к излюбленной манере опытного дельца. — Договор я составлю, если будут дополнительные просьбы на ее счет — излагай.

— Думаю, это пока терпит, — отрицательно качнул головой Кирилл, допивая бренди.

— Да без проблем, — отмахнулся от него Полонский, который, по всей видимости, со своей тарой и полупустой бутылкой расставаться пока не собирался. — Может эта девчонка и правда, пока лучший вариант для пацана.

— Я в этом не сомневаюсь. Она и тебя научит правильно обращаться с детьми.

— Как смешно, — скривился миллиардер. И поинтересовался, иронично вскинув брови. — А обращаться с двумя тридцатилетними дитятками она, случаем, меня не обучит? За дополнительную оплату?

— Если ты перестанешь постоянно включать режим циничного хозяина жизни и вспомнишь, что в первую очередь ты человек, а не миллиардер, то вполне справишься и своими силами, — не удержался Громов от подколки, от души хлопнув Полонского по плечу. — Спокойной ночи.

Утро у меня прошло под девизом: утро красит нежным светом лица заспанных прохожих, а меня не красит утро, я красивая попозже!

И это было истинной правдой. Мне и так ранние подъемы никогда не удавались хорошо — во сколько бы я не легла, сколько бы я не спала, и во сколько бы не просыпалась, итог всегда был один. А именно, состояние полумертвого похмельного зомби, сильно шатающегося, собирающего на хлипкое непослушное тело все углы, и не умеющего сказать хоть что-то внятное и членораздельное.

Учитывая условия моей работы и подработок, жизнь иногда казалась сущим адом. Чтобы быть хоть в каком-то адекватном состоянии к началу рабочего дня, приходилось вставать аж на полчаса-час раньше и литрами пить невкусный кофе, глупо пялясь на утренние фальшиво-бодрые программы по телевизору. А так как спать я ложилась поздно, выполняя небольшие халтурки, о полноценном отдыхе и речи быть не могло!

Очень часто я напоминала себе панду.