Во-первых, я связана с князем кровью родства: дети для темных – святое. Это та самая кровная связь, которую я тоже ощутила с первых мгновений попадания на Хартан. Она не позволила разъяренному князю убить пришелицу из другого мира, захватившую тело его дочери. А меня вынудила вырвать нож из его груди, несмотря на страх перед темными эманациями, что тянулись от него к руке мертвой женщины. Кровь, как говорится, не водица…
Что касается во-вторых, фактор удачи все еще под сомнением, но я на него очень надеялась.
И связан он с тем, что мою душу и сердце защитил свет моих подруг. А значит, темная одержимость мне не грозит. Как и побочка темной энергии в виде излишней страстности, похотливости и прочих гадостей.
На Земле я всегда сохраняла холодную голову и ни разу не испытывала каких-либо ощутимых позывов предаться страсти. Меня интересовала только карьера и деньги. Катрия же, хоть и горела страстным желанием найти любовника, но единственной наследнице великого князя Солката подобные страстишки были не позволительны.
Поэтому она до сих пор девственница.
К своей удаче я отнесла и нелюбовь между родителями Катрии. Они прожили вместе больше двадцати лет, однако князь с горем пополам добрался до второй стадии привязки, а вот Халзину, похоже, и первая напрягала. Раз у них с крепким и красивым князем лишь один ребенок появился. Потом княгиня и вовсе захотела стать вдовой. Зато ее супруг сохранил здравый рассудок, не впал в неистовство обманутого влюбленного мужчины и мыслил с прежней циничной разумностью.
Поэтому, когда Реамр назвала князя тираном, я мысленно иронично усмехнулась. Все темные для кого-то тираны. Затем лишь плечами пожала, мол, пусть сама решает, согласилась я с ней или нет. И опять мысленно усмехнулась, когда посыльная от заговорщиков с облегчением улыбнулась, решив для себя, что княжна согласна на их условия.
Приблизившись ко мне почти вплотную, чем вынудила застыть от напряжения, вдруг у нее какой-нибудь ножичек имеется, Реамр прошептала:
– Князь устраивает бал через три дня, там мы завершим замену повелителя.
Все детали я сообщу вам накануне торжества.
Я кивнула, а женщина, больше не испытывая страха, с довольным облегчением поклонилась и удалилась. Я же задумалась: что делать с этой информацией? Ведь, вполне возможно, это Хорн затеял провокацию, чтобы проверить меня на благонадежность.
