- Вы слышали? Слышали?
- Кто-то стрелял в президента!
- Говорят, что он мертв!
- Охренеть!
- Прямо перед выборами!
- Он…прервал свою речь, начал спускаться с трибуны и упал…
- Говорят, снайпер сидел на крыше муниципалитета.
- Кошмар!
- Пуля попала в сердце!
И я поползла на землю, чувствуя, как онемели ноги, как закружилась голова и заболело в висках…и там, в сердце. Там словно что-то застряло, и я словно истекаю кровью.
- Как? Как ты могла так поступить с Мишей? Что с тобой, Марина?"
"Я ее не слышала.
Для меня голос Ларисы звучал где-то очень далеко, где-то за пределами вязкого черного тумана, в который я провалилась и постоянно отрицательно качала головой. Нет. Нет. Нет. Этого не может быть. Это…неправда. Шатаясь, пошла в сторону кухни, подворачивая ноги в белых туфлях на каблуках. Отшвырнула их и доползла до стола, уселась на стул, дрожа всем телом, сжимая негнущиеся пальцы в кулаки и чувствуя, как болят даже кончики ногтей.
Меня привез таксист. Тот самый. Со знакомым лицом.
Денег не взял. Сказал, что редко приходится подвозить сбежавших невест. Тем более у него были дела в этом городе. Но мне было плевать на все, что он говорит. Я держалась за грудную клетку и ощущала там эту невероятную боль, она разливалась по всему телу.
- Марина! Что происходит, черт возьми? Ты бросила там Мишу и гостей? Слышишь? Что с тобой? Вы поссорились? Как ты могла так? Это же какой позор! При всех! Хоть бы до этого отказалась, и свадьбу бы отменили, а так сколько денег он потратил…Маринааа.
Какое разочарование! Я не ожидала…А Миша. Он, наверное, в шоке.
Она говорила и говорила, ходила вокруг, причитала за своего Мишу, за эту проклятую свадьбу. Пока я вдруг не ударила кулаком по столу и не крикнула:
- Хватит! Да! Я не вышла за вашего Мишу! Да! Потому что я его не люблю и никогда не полюблю! Потому что мне противна сама мысль о том, чтобы лечь с ним в постель. Это не я люблю Мишу! Это ваша дочь его любила! А я - не она! Понимаете? Не она. И не надо мной ее заменять! Думаете, я не вижу, как постепенно становлюсь вашей Ксенией! Как вы одеваете меня в ее вещи, ее обувь, как склоняете сделать прическу, как у нее! Я даже крашусь той помадой, что вы ей подарили! Я пахну ее духами! И это ужасно! НО Я - НЕ КСЕНИЯ! Я - МАРИНА! Понимаете? Я не ваша дочь и никогда ею не стану при всей моей благодарности вам!
Крикнула и увидела, как побледнело и вытянулось ее лицо.
- Я… я никогда не считала тебя Ксенией…это неправда.
