Свекровь, которую Людмила ненавидела и смертельно боялась.
После известия о гибели родителей Анна-Кристина не плакала. Плакать некрасиво. Так учила их мама. Плакать нельзя, потому что плачут только плохие девочки. Из глупых, нищих семей. Необразованные и убогие. Это тоже говорила мама. Она привыкла маме доверять…Притом точно так же говорила и Эллен. А Эллен слушалась даже мама.
А вот папа…папа плакать не разрешал, потому что:
«У папы сердце разрывается, когда его девочки плачут. Давай вытрем носик. Вот так. Сморкайся.
Сильнее. Как ты надуваешь шары? Только носом! Дааа, вот так. А теперь марш за стол!»"
"Карина-Елизавета смотрела на сестру и тоже кусала губы. Вот уже несколько часов они сидят в этой комнате и чего-то ждут. Их вещи собраны, комнаты пустые. Им нужно убраться из президентских покоев. Так положено…когда срок правления окончен или когда…или когда президент мертв.
Ей почти четырнадцать. Она все понимает, и ее до дикости пугает их с сестрой будущее. О смерти родителей пока думать страшно. Если позволит себе, то сойдет с ума.
Особенно жутко думать о смерти отца. Ей всегда хотелось вырасти, выучиться и быть только рядом с ним. Она станет юристом, она отучится в военной академии и пойдет по его стопам. В политику.
«Когда ты вырастешь, Лиза, все свои секреты я буду доверять тебе, а пока что выйди из кабинета, мне нужно поговорить с Кириллом Андреевичем, потом я непременно зайду к тебе, и мы поболтаем. Обещаю»
Свои обещания отец всегда держал. Слово Батурина. Это самое сильное заклинание, нерушимое.
Все знали, если папа дал слово, то он его выполнит, даже если настанет апокалипсис.
Старшая дочь как-то подписала тетрадь вторым именем, любуясь им и вспоминая, как ласково ее называет отец, но мать порвала тетрадь и выдала ей новую, заставив написать на обложке – Карина Батурина.
- Что за идиотское имя? Лиза! Подлиза! Тебя зовут Карина. Я дала тебе это имя. Мы договорились с твоим отцом, что, если родятся девочки, имя даю я. И это дурацкое второе прозвище – ни о чем. Никто не станет тебя так называть.
Лизка. Ужас.
- Папа называет. Ему нравится и бабушке нравилось.
- Ну разве что твой папа. А бабушка…я даже вспоминать о ней не хочу. Все остальные и не слышали его.
- Меня крестили с этим именем.
- Это ничего не значит. Я в крещении Феодосия. Но меня никто так не называет.
- Папа говорит, что Елизавета - королевское имя.
- Допотопное оно. Доисторическое. Только твоя злобная бабка могла давать такие тупые имена: Петр, Анька, Лизка. Ужас.
