Никогда не видел, чтобы так рисовали.
Градус романтики достиг своего предела и те, кто разбивался на пары, как-то потихоньку сваливали, понятно, зачем. В прошлом году у нас тут, кстати, после этого Валентина аж целых две дуры залетело – из одиннадцатого и из девятого. Ну, у Вовчика-то мозгов презиками пользоваться хватит. А Игорь? Он же, блин… Ещё жениться потом заставят. О, ну надо же, ни его, ни этой его Ани нет! И Люськи с её кавалером нет, и Вовчик смылся. Вообще какая-то малышня осталась, которая и не танцует толком.
Их что, я должен спать загонять?
– Так, Дёма, метнись к Рэю, пора сворачивать праздник.
Спохватился я вовремя – через пять минут пришла дежурная и начала возникать, что мы совсем страх потеряли – второй час, как-никак. Ну и чего, завтра всё равно воскресенье. Я посмотрел, чтобы никто нигде не шлялся, и вдруг вспомнил, что забыл в зале пару банок из- под «джин-тоника». Надо их убрать, а то возникать начнут. Если на улице валяется, так ещё ладно, а в помещении – это уже совсем борзота через край.
Обойдя зал, я наткнулся на целую кучу банок, бутылок (даже из-под «шампуня», и когда успели!) и ещё кучу всякого мусора, включая эти самые валентинки. Ну, мусор – без меня, ещё я за всеми не убирался!
Снова зазвучала гитара, я обернулся.
Дождь за окном надоел давным давно,
И увидеть блики солнца мне не суждено…
Рэй сидел на огромной колонке, светомузыка уже погасла, я видел его в свете, который падал из-за кулис, и на них тень – Банни.
Бесконечна пытка тишиной,
Тишина смеётся над тобой,
Застывает время на стене,
У часов печали стрелок нет…
Рэй играл медленно, словно вспоминая песню по кусочкам.
Ночь за ночью, день за днём один,
Сам себе слуга и господин,
А года уходят в никуда,
Так течёт в подземный мир,
В подземный мир
Вода…
Мда, тут даже моего понимания хватает – песня явно не дискотечная, да и вообще очень невесёлая. Чего это он? Я завязал пакет с банками-бутылками и подошёл поближе.
Боль, только боль
До конца честна с тобой,
И она бывает сладкой
Но всё чаще – злой…
Банни вышла из-за кулис, прошла по сцене и спрыгнула рядом со мной, забрала пакет.
– Вовчик просил его не возвращаться до двух. Слушай, поговори с ним, он какой-то странный!
– Открыла Америку через форточку, он всегда странный!
– Нет, он какой-то сильно странный. Мне кажется, у него что-то случилось.
Бесконечна пытка тишиной,
Тишина смеётся над тобой…
– Слушай, я пойду, хорошо? Что-то я устала очень, дебильный день дебильного Валентина.
