– Ты не рассказывала, что он так красив.
– Что пользы в красивом лице, если душа черна как смертный грех?
– Неужели он тебе нисколечко не нравится? – продолжала Жоссель.
– Конечно, нет. Будь он сам дьявол, его чары на меня не действуют!
– Я только хочу тебе счастья, Беттина.
– Буду счастлива, только когда выберусь с этого острова, – упрямо пробормотала девушка.
– У тебя ангельский голосок, малышка, когда говоришь на своем языке, – тихо окликнул Тристан.
Беттина испуганно встрепенулась.
– Вечно подкрадываешься, как кошка! – раздраженно бросила она.
– И долго ты здесь стоишь?
– Несколько минут. Не хотел прерывать вашу беседу. Тебе, наверное, многое надо было рассказать матери, – ответил Тристан, садясь за стол.
Беттина, с расширенными от возмущения глазами, обернулась к Жоссель.
– Почему не сказала, что он здесь?
– Тристан сделал мне знак молчать. Поэтому я и спросила, говорит ли он по-французски. Но его лицо не изменилось, когда ты говорила о нем, – должно быть, не понял ничего.
– Он знает о моих чувствах, мама, и о том, что я ненавижу его.
– У тебя было достаточно времени, чтобы пожаловаться матери, – сухо объявил Тристан. – Теперь говори по-английски.
– Я только объяснила, что не выношу тебя! – кокетливо ответила Беттина.
– Или думаешь, что не выносишь.
– На что ты намекаешь? Думаешь, я сама не знаю, что говорю? – рассердилась девушка."
"– По-моему, ты обманываешь себя. Разве ненависть ты испытываешь, когда льнешь ко мне в постели? – издевательски усмехнувшись, спросил Тристан.
– Как ты посмел говорить о таком перед моей матерью? – охнула Беттина.
– Почему нет? Хочешь, чтобы она верила, будто ты и в самом деле меня не терпишь?
– Ты и в самом деле дьявол, Тристан! – взорвалась Беттина. – Не знаю, что за волшебство ты творишь в постели, но это не затрагивает моего сердца. Почему, думаешь, я просила Пьера убить тебя? Ненавижу тебя еще больше с тех пор, как привез меня сюда.
Беттина встала и пошла к двери, но Тристан, подбежав, успел схватить ее за руку.
Оба стояли в ярких солнечных лучах так далеко, что Жоссель не могла слышать разговора.
– Куда это ты направляешься? – мрачно проворчал он.
– Подальше от тебя! – прошипела она и уже хотела переступить порог, но Тристан дернул ее назад.
– Может, прямо здесь доказать твоей матери, как страстно ты отдаешься моим объятиям? – жестко, холодно спросил он.
Слезы покатились по щекам девушки.
– Отпусти… пожалуйста. Ты уже унизил меня в присутствии мамы.
