— Зачем вы так про Сибирь? — вздыхаю.
— А ну-ка прекрати! И соберись уже, тряпка! И вообще…
— Что? — устало поднимаю на неё глаза.
— Давай так, Лера, я сама когда-то была молодой, порывистой и глупой. Много чего наворотила на эмоциях и сдуру, но ты… хорошая ведь девочка, умная и бесконечно перспективная, а потому я не позволю тебе так бездарно разбазаривать свой потенциал, — затем выдвинула ящик рабочего стола и принялась копошиться в нём, но недолго, пока не достала из него увесистую связку, — вот.
— Что это?
— Ключи от фазенды моей.
И ехать недалеко — всего полтора часа от столицы. Там красиво — пруд, лес, банька. Газуй туда, закончишь все заказы, которые сейчас на тебе, удалённо всё закроешь. И если через, положим, месяц-полтора не придёшь в себя, то, так уж и быть, я подпишу твоё заявление. А там уж езжай хоть в Тимбукту, безмозглое ты создание.
Пять минут на раздумья, а затем я отрицательно качаю головой.
— Нет. Вы ему меня сдадите.
— Клянусь, что нет, — и женщина без лишних уточнений понимает, о ком я толкую.
— Клянётесь? — с усмешкой поднимаю я на неё глаза.
Я больше не верю никому. Лимиты исчерпаны.
— Клянусь, Лер. Поезжай. Перезагрузись. А потом возвращайся, а я тебя тут буду ждать.
Удары вечного двигателя на столе Пелагеи рвут тишину и мои нервы. Что, если она права? А если нет? Но тогда я сама же и продлю свою агонию, ведь мне нужно отсечь от себя всю прошлую жизнь сразу одним махом и со всей силы! Только так я смогу вернуть себя к жизни.
И никак иначе.
Что ж…
Лера
— Я согласна.
Логика покинула чат. А я, произнеся эту дурость, тут же начинаю жалеть о своих непоследовательно принятых решениях. Ну какая может быть фазенда? Или нет?
Боже!"
"Ну а с другой стороны, я же никогда не была трусихой и истеричкой, чтобы с пеной у рта и сверкая пятками носиться по планете, наивно полагая, что можно убежать от такого человека, как Данил Шахов. Вот только я ведь и не от него сейчас спрятаться хочу, верно?
От себя.
Да и смысл в чём? Ну надо ему — пусть разводится, снова женится, нарожает хоть целый табун детишек.
Но без меня. Я не должна, как в зад ужаленная, бросать всё и нестись на край географии только лишь потому, что мне свезло влюбиться в конченого эгоиста.
Да и кое-что мне всё же перепало хорошего от этого мужчины в качестве компенсации за поруганные честь и достоинство — работа под крылом у знаменитой Пелагеи Топтыгиной. Нельзя такой дар терять ради сиюминутной слабости.
