— Тогда зачем все это? Зачем ты держишь меня рядом с собой? Если так меня презираешь!
— Нет, малышка, я тебя не презираю…я совершенно равнодушен к тебе, мне просто нравится тебя трахать. Очень нравится. Ты же не можешь презирать картошку или салат, и в то же время в определенные моменты ты хочешь именно их. Вот так и я хочу в этот момент твоего тела.
При этом вбивает палец мне между ног, но я отшвырнула его руку. Не могу. Не сейчас…я все чаще и чаще не могу. Потому что мне ничтожно мало…и не хотеть большего у меня не получается.
— А я не хочу. Я не хочу, чтоб ты ко мне прикасался.
— Что так? Что успело измениться за эти несколько часов? Ночью ты была очень мокрой, когда я тебя трахал.
— Многое изменилось и не за часы. Я больше не хочу ТВОИ деньги. Они мне не нужны.
Улыбается и убирает волосы с моего лица.
— Ну это я уже понял — ты отдала их своему несостоявшемуся любовнику. Добрая и очень глупая девочка.
— Я больше не хочу ТВОИХ денег! Хватит упрекать меня ими!
Улыбка медленно слезла с его губ.
— То, что ты отдала кому-то СВОИ деньги, Марина, не значит, что твои долги тебе простились. Поэтому тебе еще придется отрабатывать те суммы, что я на тебя потратил.
— Сколько?
Спросила с вызовом и приподнялась на локте.
— Не знаю. Пока мне не надоест. А теперь наклонись и отсоси. Я сброшу пару сотен тысяч с твоего долга, если отменно кончу тебе в горло.
И нажимает на мою голову, заставляя спуститься к паху.
* * *Между нами больше не было нежности, ласки, красоты. Только грязь, похоть и отвращение.
У меня. К себе, к нему. Кончаю с ним и потом плачу в туалете, ненавидя себя за это, смывая его семя со своих ног, рук, с волос. Мне не хочется, чтобы он приезжал, но, когда несколько дней не приезжает, начинается ломка, и я схожу с ума, выглядывая в окно, прислушиваясь к своему сотовому, глядя на часы. Эллен приторно учит меня жизни, а я так же приторно делаю вид, что мое отношение к ней не изменилось, и думаю о том, что именно она сегодня донесет своей госпоже Людмиле, и сколько та ей платит за все это или что пообещала за слежку за мной.
Меня начали изматывать эти отношения, и мое состояние походило на какую-то болезнь. Как будто душевные страдания трансформировались в какое-то заболевание. Каждое утро начиналось с едких приступов тошноты, меня рвало на пустой желудок, а потом то пропадал аппетит, то хотелось съесть целого слона.
— Хватит налегать на пирожные, Марина. Ты так скоро растолстеешь. Я же составила тебе меню. Что за аппетит.
