Потом их выбросят вместе с хламом, и я никогда не смогу их прочесть, но некоторые помню наизусть, как и большие синие глаза того единственного мужчины, которого я любила.
В тот вечер, когда все между нами началось, вышла на улицу и пыталась впервые закурить. Стащила сигарету у Милки. Зажигалка не зажигалась, начался дождь, и ОН вышел на лестницу вместе со мной, поднес огонь к сигарете, а потом отобрал ее у меня и закурил сам. Такой красивый, неприступный с этими дымчато-синими глазами, похожими на глубокий океан…
Читаю и почему-то вижу перед собой Петра.
Хочется тряхнуть головой, прогнать образ, и не могу. Навязчиво вижу только его лицо, только его синие глаза и его четко очерченные красивые губы. А вместо мамы себя…Как будто я стою там под дождем, и у меня отобрали сигарету…Петр молод, на его лице нет щетины, его волосы очень короткие, и он в военной форме, как на фото в альбоме. В рубашке, пиджаке с погонами и фуражке. Совсем юный, не такой холодный, как сейчас.
Вот он наклоняется ко мне, а я шепчу его имя, а потом он целует меня в губы.
У меня кружится голова, и капли дождя падают мне на лицо, падают нам на губы, и мы целуемся вместе с дождем, вместе с запахом хвойного леса, вместе с ароматами ландышей, цветущих возле лесной усадьбы какой-то Милы. Наши руки встречаются, и пальцы сплетаются между собой. Спаиваются в одно целое. И мне кажется, что я сейчас умру от счастья…
Потом он приезжал ко мне в институт, и мы шли гулять по городу, целовались как безумные, до ран на губах. Я вжималась в него всем телом, я целовала его так, как целуют только один раз в жизни, и я хотела быть только его, для него.
Я потеряла саму себя и целиком растворилась в этом мужчине. Иногда он казался мне очень холодным, отстраненным, похожим на арктический айсберг, а иногда он испепелял меня страстью. А я…меня не стало. Я превратилась в часть него…в преданную собачонку, готовую на все ради своего хозяина. Ждала его каждый вечер, ничего не просила взамен, ни в чем не упрекала, ничего не требовала.
Просто чтоб он был, просто хотела любить его. Глупая, маленькая дурочка. Потом я многое переосмыслю, о многом пожалею. Но так распорядилась судьба, и иначе и быть не могло…
Он снял нам квартиру. Привез меня туда первый раз летом, когда все уехали на дачу, а я готовилась к сессии. Опять шел дождь, он подарил мне малиновые пионы. Они пахли маем и любовью, они пахли зноем, грозой и счастьем. Петр стал моим первым мужчиной…
Прочла и выронила тетрадь. Задрожали руки.
