Ловушка для дураков

Каждая клеточка ее тела ощущала его прикосновение и наслаждалась вместе с ней. Валерия отдавалась самозабвенно, со стоном. Она испытывала удовольствие и беспокоилась только о том, что в своем эгоизме не доставляет такого же наслаждения Артему. Но тревожилась она напрасно.

Артем точно так же забыл обо всем на свете. Это было как взрыв. Голос плоти требовал все новых и новых жертвоприношений. Валерия охотно подчинялась и чувствовала свою великую власть над сильным мужским телом.

— Ты… словно разбудил меня. Слышишь? Я спала до сих пор.

Говоря это, она закинула голову назад. Ее небольшие упругие груди оказались на уровне его губ. Он взял сосок губами и почувствовал, как напряглось ее тело. На каждое его движение она отвечала новой активностью.

— Родная моя! — Он застонал и прижался к ней. — Извини, я так долго не выдержу.

Не переставая двигаться на нем, она выпрямила спину и, найдя его руки, прижала обе ладони к своей обнаженной груди. Набухшие соски касались его пальцев, терлись о них, ожидая новых ласк и передавая нежное тепло. Он слегка сжал их, и Валерия слабо застонала.

— Еще… ну, пожалуйста…

Он исполнил ее просьбу.

— Первый раз не так было, правда? Мне кажется, сейчас еще лучше. Я не могу оторваться от тебя. Не могу… — Она продолжала двигаться и что-то шептать. Он с трудом сдерживал себя.

Вдруг веки ее полуприкрылись сами собой, а тело упруго выгнулось. Она была прекрасна сейчас.

Артем получал огромное наслаждение, наблюдая за ее оргазмом. Никогда ни одна женщина не доставляла ему такого удовольствия. Он привык лишь получать, как сильный самец, которому в нужное время требовалась самка. Сейчас все было по-другому.

Валерия, самозабвенно отдаваясь сама, требовала к себе такого же отношения. Она брала то, что принадлежало ей по праву. Сладостная волна, пронзившая ее насквозь, продолжала сотрясать тело.

Он, почувствовав, что активность в ней угасает, быстро перевернул ее на спину и, перестав сдерживаться, подчинил себе маленькое послушное тело. Он приходил к ней снова и снова, отпускал на мгновенье, а потом с силой вонзался в нее, пока из горла не вырвался хриплый торжествующий крик.

Валерия открыла глаза.

— Как долго, — простонала она. — Почему так долго? Никогда в жизни не было ничего подобного. — Я сейчас умру.