Ловушка для дураков

Две новеньких иномарки несговорчивого господина через три дня взлетели на воздух, добавив работы милиции.

— Зачем ментовку по пустякам беспокоить? — В гаденькой улыбке показывал гнилые зубы Хорь. — Сами разберемся. Дурак платит дважды.

После этого его подопечные стали как шелковые.

— Никто больше не рыпнется, — подхалимничал Блоха, преданно заглядывая в маленькие злые глазки шефа.

Между двумя ближайшими подручными Хоря, Блохой и Мартыном, существовало своеобразное соревнование. Каждый терпеливо караулил проколы соперника, чтобы потом внезапно налететь, как коршун, и нанести болезненный удар.

Лишь присутствие главаря сдерживало обоих от решительных действий.

Хорю такое положение было на руку. Его забавляла взаимная ненависть подчиненных.

Сейчас, после сауны и бассейна, он был настроен хорошо.

— Ну, чего рожи друг от друга отвернули? — усаживаясь за уставленный закусками и бутылками стол, крикнул он. — Сусанна где?

На пороге возникла женщина с густыми темными волосами, спадавшими на плечи.

Мощная грудь распирала трикотажный халат, застегнутый доверху. Она была в теле и выглядела старше своих тридцати лет. Лицо, некогда красивое, безобразил двойной подбородок и плохо прикрытый волосами шрам у виска. Сусанна пила, в запое была два раза в год и имела одутловатое лицо с нездоровым оттенком кожи. У нее были глаза, как у надзирателя в колонии. Примерно такую работу она выполняла и в загородном доме Хоря.

— Тебя разносит не по дням, а по часам, — критически оглядывая ее, фыркнул Хорь.

— Нам ли жить в печали? — игриво подбоченясь, ответила, ничуть не смутившись, Сусанна и тут же спросила, согнав с лица улыбку: Девок приводить?

Хорь, осклабившись, кивнул.

Не имея возможности в молодости получить то, что желал, Хорь сейчас торопливо наверстывал упущенное. Годы, проведенные в колонии, не прошли даром. Он вышел оттуда законченым подонком с изощренным вкусом.

Еще в молодости он боялся подходить к девицам.

Невзрачный, с неприятным лицом — чем он мог их прельстить? Он скрипел зубами от ярости, видя, что другие парни, ничем не отличающиеся от него, гуляли с девками, лапали их по подъездам, а кое-кто хвастался, что и в штаны к подруге не раз залезал. С ним не хотел ходить никто.

Одна девица, на которую он полгода пялил глаза, бросила ему презрительно, когда он осмелился подкатить к ней:

— Да лучше с первым попавшимся… чем с тобой. Прыщи сначала выведи.