– Вы заставляете меня то смеяться, то сердиться, – продолжал он низким голосом, – разве это не дает вам какую-то власть надо мною? – Его пальцы исследовали ее тело, и от каждого прикосновения исходили токи, пронизывавшие все ее существо.
Ей хотелось спросить, становилась ли она от этого единственной в своем роде, но она не была уверена, будет ли ей по душе его ответ. Ведь и другие женщины имели над ним так называемую власть? Вопрос о любви просто не возникал. Ни с ней, ни с другими – ни с кем. Взаимное удовлетворение – да.
Но не любовь, не то будоражащее, могучее чувство, которое она испытывала всякий раз, когда ощущала его присутствие или просто думала о нем. Кто-то должен был предупредить ее, что любовь – это чувство, причиняющее боль.
Она провела руками по его телу, восхищаясь его крепкими твердыми формами. Из-под завесы страсти кое-где выглядывали острые шипы печали, как будто она уже заглядывала вперед, к тому дню, когда его уже больше с ней не будет.
Морган тяжело дышал.
– Я хочу вас, Грейси.
Я хочу вас сейчас.
Она почувствовала, как он сливается с ней, но на этот раз процесс любви был более нежным: своими движениями он поднимал ее на маленькие вершины удовольствия, затем лежал расслабленно до тех пор, пока она сама не начинала своим гибким телом делать быстрые движения, чтобы умиротворить изнывающую от желания плоть.
Когда Грейси наконец заснула в эту ночь, сон у нее был глубокий, но подсознательно она чувствовала рядом с собой теплое тело Моргана и его тяжелую руку, лежавшую на ней.
Проснувшись утром, она услышала звуки, доносившиеся из ванной, где Морган уже мылся под душем. Он оставил дверь в ванную открытой, и Грейси, встав с кровати, в нерешительности остановилась.
Потом она подошла к душу, отодвинула занавеску и покраснела, увидев его мокрое пропорционально сложенное тело.
– Присоединяйтесь ко мне, – пригласил он, улыбаясь. – Вода точно такая, как нужно.
Она знала, что она сумасшедшая дура, но ничего не могла с собой поделать. Ее тело давно восставало против приказов разума.
Она встала под колючие иголки теплой воды, изогнувшись вперед и подставляя свои полуоткрытые губы его губам.
– Мой маленький призрак, – нежно прошептал он. Под падающей водой она чувствовала, как раскаляется ее тело и по нему проходят судороги желания. Если она не будет осторожна, казалось ей, ее может унести вместе с теплой водой в отверстие в кафельном полу.
Ей не хотелось покидать номер в гостинице и выходить под горячие солнечные лучи.
