Ловушка. Форс-мажор

И хотя бы в общих чертах понять, каким образом следует вести себя дальше. Это было, кстати, и в его интересах – в субботу Лямка с женой входили в число избранных приглашенных. И если сей факт каким-то образом всплывет, лучше бы Лямину заранее подготовиться к неприятным вопросам «особистов». В том, что вопросы обязательно возникнут, Полина не сомневалась – история с ее уходом из наружки наглядно показала, сколь ничтожен и бесправен сотрудник в тех случаях, когда верховное главнокомандование принимается спешно защищать свою задницу.

– Иван, привет, извини, что так поздно. Не разбудила?

– О, привет, да все нормально. Сашка спит, а мы вовсю бодрствуем, вот новости смотрим. Видела, что в Эрмитаже творится?

– Не то слово. Слушай, тут мне Ира напоминает, что мы забыли поблагодарить вас за приглашение.

– Да брось ты, ерунда какая.

– Не скажи. Правда спасибо, все очень круто было.

– На здоровье. Вань, я, собственно, что звоню… У меня к тебе просьба.

– Понимаешь, сегодня вечером на Невском я случайно обнаружила за собой ноги. Наши ноги.

– Абсолютно. Меня таскал 6-й отдел. Причем, возможно, не только меня, но и Игоря. Отсюда хотела попросить тебя по возможности выяснить: кто является инициатором и в связи с чем выписано задание. Ну и, может, какие-то подробности? Я так думаю, что это, скорее всего, плановая тема ОСБ, но мало ли что…

– Блин, Полина, – голос Лямки сделался серьезен, – могла бы с такими вещами хотя бы на мобилу звонить, а не по-домашнему.

– Ой, просто у меня под рукой твоего сотового не было. Я чисто автоматически…

– Вы как сговорились сегодня, честное слово!

– Да сегодня днем Козырев тоже обращался.

– А у Пашки что за проблемы?

– Да неважно. Просто вы почему-то думаете, что я там у себя заведую справочным бюро и могу спокойненько залезать в оперативную базу и раздавать секретные справки. Направо, налево…

– Вань, согласись, что до сих пор я ни разу ни о чем подобном тебя не просила.

– Да ты не сердись. Просто… Вот ты говоришь: возможно, плановая проверка. Но у тебя такая плановая – максимум раз в два-три года. А наш отдел проверяют каждые два-три месяца. И гораздо серьезнее, чем «бывших». Чувствуешь разницу?

– Чувствую. Еще раз извини, что своим звонком я невольно поставила под угрозу твою карьеру.