И между процессом и целью не было никакой связи. Пытка могла бы и не привести к желаемому результату. Но свое удовольствие полоумный сержант все равно бы получил. «Убьет ведь», – подумал Эндрю.
– Расслабься, сержант, – сказал он. – Посмотри лучше на монитор. Читать умеешь?
Вайль тряхнул головой, будто просыпаясь.
– Ну? – спросил он, поворачивая голову.
– Видишь надпись «обрыв контакта»? Кто из ваших стрелял в разгруженной зоне?
– А в чем дело?
– Нет связи между ходовой рубкой и двигателями. Пошли в корму. Нужно запускать резервный процессор.
– Значит, полетим все-таки? – спросил Вайль с ухмылкой. И неожиданно рукой, сжимавшей нож, сильно ударил Эндрю по скуле. От удара у Эндрю в который раз за день потемнело в глазах. – И еще раз, – сказал Вайль, нанося второй удар. На этот раз другой рукой – хлесткую и болезненную пощечину. – Это так, авансом. На всякий случай. Ну, пошли, лейтенант.
Эндрю выдернули из кресла и поставили на ноги. Голова у него кружилась, но в душе кипела злоба. Бить его по лицу не следовало.
От такого обращения Эндрю окончательно утвердился в своем замысле.
Ему нужен был только один раскрытый технический люк по дороге."
"Они медленно шли по коридору, стараясь не касаться обугленных стен. Десантники окружили Вернера со всех сторон, но держать его никто не собирался. Так они демонстрировали свое презрение к человеку, с которым обращались до этого по-людски, а он повел себя, как какой-то сраный астронавт. Перевязать руку ему тоже никто не предложил. Только капрал Банни все сопел над ухом, будто намереваясь что-то сказать.
Однако словами так и не разродился.
Впереди сержант Вайль отдавал вполголоса распоряжения. Видимо, какие-то остатки дисциплины у пехоты сохранились. Разумеется, перебив офицеров, десантники из войска мгновенно превратились в банду, но выживать-то этой банде все равно было нужно.
Эндрю, глядя под ноги, высматривал технические люки. Но все крышки, как назло, были закрыты, да еще и заблокированы.
– Эй, осторожнее! – сказали впереди. – Тут дырочка небольшая.
– Ничего себе дырочка! Говорили же, чтоб без гранат…
– Да это не граната, здесь огнетушители стояли.
– Все-таки, господа, не умеем мы стрелять.
– Точно. Ну-ка, по стеночке. Вправо принять!
По одному десантники начали огибать зияющую в полу дыру с оплавленными краями.
– Ого! Насквозь! Провалиться можно, – с уважением сказал рядовой, шедший перед Вернером. И Эндрю схватился за эти слова, как утопающий за соломинку. Он не стал примериваться и рассчитывать.
