Магнат. Его личная игрушка

Голос стал каким-то чужим, сиплым.

— Я пришел за своим, монашка. Или ты думала, что похлопаешь своими длиннющими ресницами и все забудется как по мановению волшебной палочки? Неа. Я совсем не такой великодушный. Придется тебе усвоить.

Говорит все это таким спокойным будничным тоном… Нет, он точно ненормальный!

— За стеной твой брат! Я буду кричать!

— Нет, не будешь. Ты ведь не хочешь сесть? В тюрьме любят таких сладких девочек. Знаешь, всякие прошаренные в татухах старые тетки. Прикинь как обрадуются такому свежаку.

Хватит играть, монашка, — его тон буквально хлещет, как плетью. — Поиграли знатно. Ты оторвалась, отвела душу. Но я всегда заставляю платить по счетам. Думаю, когда ты шла «на дело» была и к такому раскладу готова. Иди сюда, маленькая смазливая преступница.

Видя, что не двигаюсь с места, сам поднимается с постели. Напоминает тигра, готовящегося к прыжку. Мягко, лениво, бесшумно. Я пячусь к двери. Понимаю, что бежать некуда, мы в море, но готова даже за борт сигануть.

Паника захлестывает, перед глазами пелена. Ручка двери не поддается. Заперто? Нет, дверь чуть приоткрывается, но тут же Абрамов дергает меня к себе. Срывает полотенце. Я кричу, меня трясет, начинаю с ним драться.

Это все равно что сражаться с бетонной плитой. Он невероятно силен, без особых усилий бросает меня на постель. И тут же нависает сверху. Стискивает ладонью мой подбородок.

— Андрей спит сейчас на шезлонге возле бассейна. Перебрал шампанского. А все потому что ты парня маринуешь.

Пожаловался, что не даешь ему. Каюту отдельную запросила. В какую игру ты играешь, монашка? Снова что-то задумала?

Мотаю головой, придавленная его телом не могу пошевелиться. Горло саднит от криков. Андрей не услышит, но Марина…

— Такая знакомая родинка, — проводит указательным пальцем по моей шее.

— Хватит, прекрати, — я почти не могу дышать, от придавившего меня веса, от паники.

— Ты же помнишь, монашка, мы с тобой остановились на самом интересном. Не думаешь что самое время продолжить?

— Я юрист, и обещаю что за такое ты сам сядешь, урод!

— Юрист, поджигающий по ночам машины?

Снова лишаюсь дара речи.

Он и это знает… мне точно конец.

— Обязательно закричишь, но чуть позже.

— Андрей… он тебе этого не простит.

— Мне? То есть, это я к тебе на колени прыгнул? — его взгляд пронизывает ледяным холодом. — Мне не нравится, когда шлюхи со мной играют. Тем более не нравится, когда они играют с моими родными.