— Тогда не вижу смысла с тобой дальше разговаривать, — ржет Дима и смешно пародирует гудки: — Бип, бип, бип.
Я тоже смеюсь, думая, что соскучилась по его иронии. Из-за своего затяжного постельного марафона я прилично выпала из жизни, и мы стали редко видеться."
"— Может мы с тобой того, малыш? — шутливо предлагаю я. — В смысле, этого самого?
— Выпьем, что ли? — моментально догадывается Дима, подтверждая свой статус давнего друга. — Давай. До пятницы я совершенно свободен.
Через час мы с ним сидим в «нашем» баре и чокаемся текилой.
— Рассказывай давай. — Бросив на стол обглоданную дольку лимона, Савичев внимательно смотрит на меня. — Что стряслось с твоим воздыхателем? Прошла любовь — завяли помидоры?
Вздохнув, я рассказываю ему все без утайки. Про то, что Антон женат, про то, что я несколько раз пыталась закончить эту связь и про настигшие последствия в лице обезумевшей Вероники.
— Ну, во-первых, он мудак, — резюмирует Дима, включаясь в мою жизненную драму.
— Во-вторых, ты дура. Его надо было в шею гнать после первого косяка. Тем более, что рядом ходят такие шикарные образцы… — Он с ухмылкой трогает себя за плечи.
— У этих шикарных образцов прицеп длиннее, чем у товарняка, — парирую я. — Или ты вступишься, когда Алиса начнет бить меня сковородкой?
Поняв, что шутка не совсем уместна, Дима серьезнеет.
— А на его жену надо написать заявление в полицию. Я не думаю, что вот прямо до уголовки дойдет, но подстраховаться стоит.
Есть неразвитые типажи, понимающие только грубую силу. С ним чем хуже, тем они лояльнее. Помнишь у нас грузчик работал? С ним по-человечески разговаривать пытаешься — он морду воротит. На хуй шлешь — сразу как шелковый. Вот эта дама, похоже, такая же.
Я киваю, обещая себе, что если Вероника предпримет еще одну попытку ко мне сунуться — то заявление обязательно напишу. А сейчас я чувствую себя в безопасности и не хочу об этом думать.
Выпив еще по рюмке и поразглагольствовав на тему супружеских отношений, мы выходим из бара.
— До дома проводить не смогу, — предупреждает Дима. — Времени в обрез.
— Да я и не настаиваю, — усмехаюсь я. — Взрослая уже девочка.
— Ну ты звони, если что, окей? — Савичев треплет меня по голове. — И как вернешься в большой секс — дай мне первому знать.
— Пошел в жопу, — беззлобно огрызаюсь я. — Алиске привет.
К подъезду я подхожу, когда прилично темнеет.
