Несмотря на недавнюю браваду, страх преследует меня весь путь по ступеням, и в безопасности я себя чувствую, лишь когда захлопываю дверь и запираю замок.
Поймав в зеркале отражение своего напряженного лица, прыскаю:
«Ну ты, Ксюха, и сыкуха. Думаешь, Вероника тебя сутками караулит?».
С этой мыслью иду умываться, но только включаю воду, в дверь раздается звонок. Внутри по привычке екает. Неужели Антон?
Закрыв кран, я беззвучно подхожу к двери и заглядываю в глазок. Там никого. В теле поднимается легкая дрожь. Антон точно не стал бы прятаться.
На цыпочках, не включая свет, пячусь в гостиную. Звонок повторяется снова. Я лихорадочно ощупываю себя в поисках телефона и от раздавшегося грохота с визгом роняю его на пол. Это все тот же грохот, так сильно напугавший меня вчера.
Упав на колени, я хватаю мобильный и трясущейся рукой тычу последний номер в списке вызовов. Им оказывается номер Димы.
— Соскучилась? — иронично интересуется он.
— Дим… Она вернулась… Снова пинает мне дверь, — всхлипывая, тараторю я. — Я не знаю, что делать… Мне очень страшно…
Грохот повторяется вновь.
Если штукатурка до сих пор не треснула, она обязана сделать это сейчас. Даже удивительно, что средних размеров женщина способна на пинки такой силы.
— Успокойся, — изменившись в тоне, распоряжается Дима.
— Ты слышишь?! — не желая слушаться, ору я. — Она же башкой повредилась!!!
— Да слышу я. Это полный пиздец. Звони ментам. Скоро буду.
Сбросив вызов, я, обливаясь слезами, звоню в полицию. Мне отвечают, лишь когда грохот стихает, и обещают прислать наряд.
Еще минут через двадцать приезжает Дима, и обняв, позволяет как следует прореветься на его плече.
— Постели мне на диване, — ворчливо говорит он на мое предложение сделать чай. — От тебя на работу поеду.
— Спасибо, Дим, — шепчу я, мысленно прося прощения у Алисы. — И прости за это. Ты ведь совсем не обязан… Это должен был быть он.
65
Следующий день застает меня стоящей в очереди в ближайшем отделении полиции. Дима прав. Отдельным людям необходимо давать ответ, ибо интеллигентное молчание они воспринимают как повод продолжить нападки.
Вероника попросту наслаждается своей безнаказанностью, так что я твердо решила восстановить справедливость. Если делу не дадут ход — пойду дальше. Обращусь к юристу, напишу в прокуратуру, но заставлю ее считаться с законом и чужими границами.
— Что у вас? — Толстый полицейский за стеклом даже не утруждается поднять глаза.
Занервничав от столь короткого вопроса, я пытаюсь подобрать нужное слово.
