Мальтийский крест Павла Первого

Тут я замолчала, услышав в своем голосе жалкие оправдательные нотки. И тут же разозлилась — это еще что такое? Почему это я должна оправдываться?

— А вы что — меня преследуете? Между прочим, у меня достаточно хорошая память на лица и я помню нашу первую встречу! Очень хорошо помню!

— Ну и что? Я вернул вам сумку…

— Ага, и как это вы оказались в нужное время в нужном месте? И сегодня это снова повторяется! Все это очень похоже на то, что вы меня преследуете!

Он хотел что-то ответить, но тут из-за его спины с виноватым видом выглянула Каролина Павловна и проговорила:

— Извините… я пыталась его остановить, но он меня и слушать не хотел…

— Мы тут сами разберемся! — сказал мужчина и строго взглянул на бедную библиотекаршу.

Мужчина встал напротив меня, оперся кулаками на стол и проговорил суровым тоном:

— Мне кажется, нам пора познакомиться.

Вот интересно! Я хотела сказать, что, была бы моя воля, я бы с ним и двух слов не сказала, а не то что стала знакомиться.

— Ну так и начните с себя! — буркнула я недовольно.

— Хорошо, — он изобразил что-то вроде поклона, — Андрей Петрович Муравьев, к вашим услугам.

И посмотрел на меня выжидательно.

— Вера Анатольевна Вороновская, — представилась я и шаркнула бы ножкой, только сидя за стеллажом это выглядело бы очень странно и смешно.

— Кстати, вы там что-то говорили про исполнение служебных обязанностей, — добавила я строго, — какие конкретно обязанности вы имели в виду?

— Вот какие, — мужчина протянул мне раскрытую книжечку удостоверения. Я не успела толком прочитать, что там было написано, разглядела только фотографию — это был он, только выражение лица какое-то настороженное и испуганное.

Понятно теперь, да честно говоря, и раньше все было понятно. Это мужской вариант Камнеломовой. Та в кабинете сидит, а этот по городу бегает.

— Ага, — Муравьев блеснул глазами, — вот, значит, как. Это вы, значит, проходите свидетелем по делу об убийстве гражданина Верещагина. Что ж, приятно познакомиться, скажем так, лично.

— Допустим, — я сглотнула, — и почему вам сейчас так нужно было увидеть меня?

— Вас? — переспросил он удивленно.