Матабар III

Огонек, даже такой маленький, увидели бы из поместья. — Как тогда, при нашей первой встрече, Ард. Когда я с помощью блефа сумел забрать себе все ваши ксо.

— Но это не Семерка! А…

— Уймитесь, юноша, — перебил его Петр. — Вы еще узнаете, что в нашем и, возможно, вашем деле часто приходится забираться в самый центр капкана с абсолютно пустыми руками. Выручает только это, — Огланов постучал себя по виску. — Ну а в данном случае мы попытаемся исключить мага из списка проблем одной маленькой деталью.

— А такой, что вы ученик Гранд Магистра Аверского.

— Аверский ради меня даже из дома не выйдет, — буркнул Ардан, прекрасно осознавая уровень их с Гранд Магистром отношений.

Аверский рассматривал Арда, как необходимую обузу, а тот своего нового наставника — как полезную неизбежность.

— Но им-то это неизвестно, — хищно оскалился Петр. — Идемте, Ард. Больше нельзя терять время. Кто знает — возможно ублюдок уже все узнал и в доме нет никого, кроме его прислуги.

Ардан не сдвинулся с места.

— Я что-то не ясно объяснил?

Ардан открыл гримуар. Петр дернулся было, словно собирался направить револьвер на Арди, но вовремя остановился. Кивнув, сыщик отошел в сторону и перестал мешать.

Арди же, расслабившись, прикрыл глаза и, как и учил Скасти, открыл разум окружающему миру. Он вглядывался в изнанку реальности лишь пару мгновений. Меньше, чем требовалось, чтобы увидеть нечто сюрреалистичное, но достаточно, чтобы опознать укрыто ли поместье щитом или нет.

Убедившись, что нет ни щита, ни каких либо спящих, сигнализационных чар, Ардан начал листать страницы гримуара, пока не нашел очень специфичное заклинание, созданное им на фоне постоянных встреч с демонами.

Воспользовавшись знаниями о свойствах демонов и тем, что удалось почерпнуть из печатей Посоха Демонов, Ардан сотворил весьма несложную структуру.

Один луч красной, один луч зеленой звезды. Не самая сложная печать.

Прикинув расстояние до особняка, габариты здания и возможное наличие подвальных помещений, Ардан принялся модифицировать конструкцию. Благо, что когда вопрос касался собственных изобретений, то внесение правок в чертеж проходило куда проще.

Но все равно Ард потратил около пяти минут на то, чтобы сотворить нужную печать. К чести Петра — тот не торопил и не вмешивался.