— Мария ведь не из тех, кого заботит их внешний вид, — продолжала она, приближаясь. — Но у тебя есть еще кое-кто… а, Винсент?
Теперь ее лицо было совсем близко.
— Боже мой, Ульрика, прошло десять лет… Сколько можно?
Она проигнорировала этот вопрос как заведомо риторический.
— Может, попробуем?.. Всего один раунд… — Ее дыхание пахло чем-то сладковатым вроде энергетического напитка. — Закончить можем у меня дома… ну, если, конечно, будешь в силе.
Винсент сам не заметил, как оказался на минном поле.
— Или ты постарел, мой милый? — продолжала она. — Может, и ты теперь предпочитаешь булочки с вареньем…
Она уже массировала его. Винсент понимал, что нужно отступить на шаг, но ноги словно вросли в пол.
Ульрика взяла его руку и приложила к внутренней поверхности своего бедра, к нижней кромке коротких шортов. И как только пальцы коснулись ее теплой кожи, осознание происходящего вспыхнуло в мозгу, словно электрический разряд.
— Так я и думала, — прошипела она и выбежала из кухни. — Постарел.
Слабый внутренний голос убеждал ее, что вся эта затея — свидетельство ее, Мины, полной социальной несостоятельности. Что живого человека нельзя заменить прибором, работающим от аккумулятора. Но другой голос возражал, что это предрассудки.
Сейчас другое время, и женщина имеет власть над собственной сексуальностью. Мине это известно, и здесь нечего стыдиться. Ей не нужен мужчина. Девушка на упаковке была очень убедительна.
Мина вскрыла упаковку. Предмет внутри походил на аккуратную дверную ручку из пластика золотистого цвета с USB-зарядкой. Разумеется, только после дезинфекции. Мина потянулась за бутылочкой с алкогелем на ночном столике, стараясь как можно меньше морщить простыню. Обработав мягкие части «Сатисфаера», попробовала пальцем.
Массажное масло она заказала заранее вместе с массажером. Одной капли, пожалуй, хватит. Лишняя влага ни к чему.
Дело не в том, что Мине нечем заинтересовать мужчину. Просто она не хочет иметь с ними дело. Ей невыносима одна мысль о потном, дурно пахнущем теле, не говоря уж о самом органе… Мина вздрогнула, поспешив прогнать из головы неприятный образ, пока он не обрел достаточную четкость.
