Мертвые хризантемы

 – Снимай сапожки, – она сама нагнулась и стянула с меня войлочные сапожки, принялась растирать пальцы, которые уже ничего не чувствовали. – Терпи-терпи, сейчас будет лучше. Ты почему одна так поздно?

– Я… в больницу… в глазную… – пробормотала я сквозь слезы.

– А родители чего же?

– Мама… работает… а папа в командировке, – зачем-то выпалила я и почувствовала, как покраснела, хотя вряд ли мои щеки могли стать еще более яркими.

– Ты, выходит, самостоятельная совсем? Это хорошо. Но так поздно одной все равно не нужно ездить.

Ты от автовокзала далеко живешь?

– Две остановки на автобусе в сторону рынка.

– Я тебя провожу, нам по пути. Тебя как зовут?

– А я Мария Семеновна. Тебе лет десять, Люся? Ты никогда танцами не занималась?

– А хотела бы? У тебя ножки очень хорошо гнутся. В балет, конечно, поздно, а вот в эстрадные танцы – вполне.

– У нас нет такого кружка…

– Я знаю, – улыбнулась Мария Семеновна, и я, перестав стесняться, начала рассматривать свою попутчицу.

У нее была очень короткая стрижка, а волосы выкрашены в пепельно-белый цвет.

Одета Мария Семеновна была очень модно и ярко, в красную короткую шубку и темно-синие джинсы, на ногах – красные же дутые сапожки, в таких ходила у нас в школе дочка директора универмага. От женщины пахло какими-то удивительными духами – нежными, цветочными.

– Я живу в Осинске и веду кружок современного танца во Дворце культуры, – продолжала она. – Может быть, твои родители смогли бы привозить тебя на занятия?

– Нет, – сразу сказала я, представив, как моя и без того замученная мама везет меня на автобусе в другой город на занятия.

– А если я договорюсь с ними и буду возить тебя на своей машине?

– У вас есть машина? Тогда почему вы едете на автобусе? – удивилась я.

– Потому что я еду в гости к своей маме, а машина нужна сегодня и завтра моему мужу, – улыбнулась Мария Семеновна. – В общем, если ты не против, я бы поговорила с твоими родителями. Мне кажется, ты будешь хорошей танцовщицей.

Внутри меня разлилось что-то теплое – посторонние люди никогда не говорили мне таких слов, и я очень захотела, чтобы эта красивая и яркая женщина пришла к нам домой и уговорила маму разрешить мне танцевать.

Дома меня ждала такая трепка, о которой я даже подумать не могла. Мама, придя с работы и не обнаружив меня, пошла по всем подружкам – никто меня не видел, а школу я, разумеется, прогуляла. Бедная мама носилась по всему городу, с ужасом оттягивая момент, когда придется идти в милицию и обзванивать больницы и морги.