Они прорвутся мимо столицы, высадят десант в тылу… Хорошо бы заранее перекрыть реки. И там, и там имеются острова: Большой и Малый Цыганские на Саве, Большой Военный и Кожара на Дунае. Между ними удобно ставить минные банки, как говорили мне приезжавшие сюда моряки. Когда начнется стрельба – поздно будет…
Собеседники также договорились, что в донесении разведчика Монкевицу насчет заявки премьер-министра будут стоять бо́льшие цифры. И штабс-капитан удалился.
Через час ему в номер принесли сообщение: майор Танкосич ожидает штабс-капитана в… бане подофицерской школы.
Надо сказать на входе: к Воиславу, и русского проведут. Адрес стоял такой: Верхняя крепость, возле тюрьмы.
Приглашение отдавало чудачеством, но в гостях, как в неволе. И Лыков-Нефедьев отправился в Калемегдан. Отыскал часового на входе в корпус школы, сообщил ему пароль. Тот вызвал подчаска, и разведчика повели внутрь. Вскоре он уже входил в чистое просторное помещение раздевальни. За столом сидел укутанный в простыню человек с острыми, загнутыми кверху усами и насмешливыми глазами.
– Здравствуй, Павел, – сказал он приветливо по-немецки. – Раздевайся и садись, сейчас принесут пиво.
Штабс-капитан замешкался, но серб добавил:
– Нам надо серьезно поговорить, а здесь никто не подслушает.
И Брюшкин начал стягивать с себя костюм. Когда он разделся до пояса, Танкосич ахнул и обежал вокруг гостя:
– Вот это да! Я позову Аписа, он сам атлет и любит атлетов. Только учти, подполковник захочет испытать твою силу.
– Мне уже говорили об этом.
Пускай попробует.
– Ха! Я тебя предупредил…
Они сели напротив друг друга и обменялись внимательными взглядами. Потом серб заговорил:
– Мы желаем войны, а Старик тянет нас назад. Россия ведь тоже хочет наказать Австрию, верно?
– Многие хотят, но другие боятся, – уклончиво ответил русский.
– А ты сам за что? Спрошу иначе: ты мне брат или не брат?
– Вот даже как, – решил не спускать Павел. – Если я скажу, что против бойни, ты выгонишь меня на улицу?
– Нет, конечно, но в сердце моем поселится разочарование.
Скажи, тебе уже приходилось воевать? Ты убивал людей?
– На секретной службе случалось попадать в разные переделки, в том числе опасные. Но в открытом бою я не был и никого не убил.
Майор вздохнул:
– А я уже много повоевал. Считаюсь метким стрелком и отправил на тот свет изрядно врагов. Что ж, попробуем понять друг друга. Только сначала я пошлю за Аписом. Не каждый день к нам приезжают русские с такой мускулатурой.
