Противник слева, выпучив глаза, встал в полный рост на коротких стременах и вознамерился полоснуть по Серегиной шее. Духарев пригнулся – и клинок печенега переломился, ударившись о навершие Серегиного шлема.
Печенег затряс ушибленной рукой… И взвыл. Пепел цапнул его за бедро.
А противник справа уже валился с седла. Черенок стрелы торчал у него из-под мышки.
Поднятая копытами мелкая белая пыль лезла в глаза, щекотала ноздри.
Укушенный куда-то пропал, его сменил здоровенный степняк, вооруженный длинным копьем.
Кровь на наконечнике была совсем свежая, и это привело Духарева в ярость. Он поднял Пепла на дыбы и рубанул сверху, в полную силу. Степняк прикрылся щитом, но легкий печенежский щит против варяжского меча не тянул. Дарёный клинок просек щит, как картон, прорубил запястье и смел печенега под копыта…
Духарев бросил Пепла вперед… И обнаружил, что впереди – никого. Серега вырвался из мясорубки боя. Собственно, и схватка почти закончилась. Налетевшие сгоряча степняки слишком поздно осознали свою ошибку.
Те, кто еще был жив, человека четыре, попытались прорваться к воротам. Но к этому времени улочку уже запрудили заводные кони варягов. Несколько раз щелкнули хузарские луки – и дело сделано.
Но впереди, у горящей башни, судя по доносившимся оттуда звукам, разборки еще продолжались.
Важный гусак вышел из разбитых ворот чьего-то двора, поглядел на трупы, неодобрительно гоготнул и вразвалочку двинул через улицу.
– Гололоб! Мисюрок! Со мной,– выкрикнул Сергей и послал Пепла в галоп.
Гусак захлопал крыльями и взлетел на забор. Пролетавший мимо Мисюрок выбросил левую руку, сцапал гусака, ввернул ему шею и запихнул птицу в сумку, где раньше сидел пес.
– Мальчишка,– проворчал Устах, непонятно, одобряя или осуждая. Огляделся. Так, Машег. Понятно. Чекан. Вир? Виру опять не повезло. На этот раз – навсегда. Храбрый варяг лежал ничком. Кольчуга у него на спине была разорвана, ярко-алая кровь булькала и пузырилась в широкой ране. Устах спрыгнул с коня, нагнулся.
– Прощай, брат,– шепнул он и перерезал раненому горло.
Шагах в десяти, у забора, лежал Щербина. Ему последняя помощь не требовалась. Мертв.
Устах вздохнул и полез на коня. Возможно, у них еще будет время, чтобы воздать положенное телам друзей. Хочется надеяться…
Издали донесся знакомый рык. Серегей!
Мимо пронесся Машег, за ним – Понятко. На помощь своему командиру. Устах замешкался. Он устал. И биться, и вообще… Кровь, кровь… Такое случается с самыми бывалыми… Иногда.
