– Ты помнишь, как мы ехали в больницу? – обрадовалась я.
– Я что, похож на идиота? – покраснел Александр Михайлович.
– Сейчас нет. Скажи, как меня зовут?
Дегтярев поджал губы, затем заявил:
– Ролизальда Генриховна Попардепель. Потомственная ведьма в шестом поколении.
Я в ужасе посмотрела на Оксану. И она считает полковника вменяемым? Да у него начисто снесло крышу!
– Не идиотничай! – Оксана погрозила толстяку пальцем. – Иначе переведем тебя в психиатрическое отделение.
– Она первая начала, – обиделся полковник.
– Не желаю терпеть издевательств.
– Ты меня узнал! – обрадовалась я.
– Оксана Степановна, – крикнули из коридора, – у Никитина трубка выпала!
Подруга, не говоря ни слова, метнулась на зов. Мы с Дегтяревым остались одни.
– Тебе не трудно разговаривать? – нежно осведомилась я.
– Ну? – без особого энтузиазма откликнулся полковник. – На какую тему меня пилить станешь? Если по поводу диеты, то лучше не начинай. Сама куришь? Чего молчишь? Ты наносишь ущерб своему организму дымом, а я едой.
Тема исчерпана!
– Можешь рассказать, как ты сюда попал?
– Опять начинается… Разбудили меня в семь утра, засунули под мышку холодный мокрый градусник, высосали почти всю кровь на анализы и начали приматываться с идиотскими вопросами! Только отвязались – ты прискакала. Ну, добивай меня!
С видом мученика Дегтярев откинулся на подушку, сложил руки на груди и застыл в позе изваяния."
"– Как ты сюда попал? – повторила я вопрос.
– Да ты же, Дарья, меня и привезла.
– Откуда?
– Из квартиры.
– Чьей?
Полковник уставился в потолок.
– Кому принадлежит жилплощадь?
Молчание.
– Откуда знаешь Юлию Моргалову-Яценко?
– Кого? – с изумлением осведомился полковник.
– Женщину, в «трешке» которой я тебя нашла, зовут Юля. Ты мне позвонил, попросил о помощи и…
– Я? – подскочил приятель.
– Именно так.
– Ошибаешься, – безапелляционно заявил полковник. – У тебя в голове компот! Ты все перепутала.
– Ладно, – кивнула я, – давай заедем с другой стороны. Ты брал отпуск?
– Я? Кто сказал тебе подобную глупость?
– Виктор Кондратьев.
– Он идиот с кашей вместо мозгов! – снова возмутился приятель. – Это ему надо лежать в клинике. Я никогда не отдыхаю в начале лета.
– Какой сейчас месяц?
– Июнь.
– А число?
– Не помню. Какая разница? Ну забыл… Дай ежедневник, посмотрю и отвечу.
Я вынула из кармана телефон, набрала хорошо знакомый номер и включила громкую связь.
– Приемная Маркушева, секретарь Анна слушает, – полетело по палате чуть хриплое меццо.
