Мне не стыдно

Тут же ресторан есть, Ромашка, забыла? Они кормят не только внизу, но и по желанию могут принести еду в номер. Так что ни в чём себе не отказывай.

Рита тоже сидела на постели в одном халате — он был белый, махровый и очень уютный — с распущенными мокрыми волосами, и Сергей не удержался — погладил их. Провёл ладонью по всей длине — а волосы у Ромашки были почти до пояса — и увидел, как она улыбнулась, откидывая голову, чтобы ему было удобнее её трогать.

— Приятно? — спросил Мишин, и Рита кивнула.

— Да. Знаешь, в детстве я всегда любила, когда мама делала мне причёски.

И она тоже любила… — Ромашка запнулась на секунду, вздохнула. — А в четырнадцать лет я перестала даваться. Сама себе всё крутила, поначалу неумело, а потом лучше и лучше, но без удовольствия. И вообще я частенько не могла понять, действительно ли что-то доставляет мне удовольствие, на самом ли деле я хочу этого, или это просто бунт, противоречие, назло маме? Нет, не совсем назло, конечно… Я просто делала какие-то вещи наоборот, толком не понимая, сознательное ли это решение или так, лишь бы поспорить…

— Подростковый возраст, — Сергей наклонился, поцеловал Ромашку в затылок, а потом взял со стола кусок сыра и отправил его себе в рот.

 — В этом возрасте многие бунтуют по делу и без.

— В этом возрасте — да. Но у меня этот возраст несколько затянулся, Серёж… Я до сих пор толком не могу разобраться в каких-то своих поступках. Вот например… Зачем я уехала во Францию? Мама в то время начала капать мне на мозг, что я закоснела, не развиваюсь, тухну и так далее… Да ещё и развод с Матвеем… Мне предложили работу во Франции — и я смылась из России, не поняв, а действительно ли оно мне надо? Хочу ли я там работать? Или это просто для того, чтобы уехать подальше от мамы? А заодно доказать ей, что я не закоснела и не стухла, а очень даже востребована в рабочем плане…

Из Мишина психолог всегда был так себе.

Вот и в этот раз он совершенно не знал, что ответить Рите. Поэтому буркнул наугад:

— Думаешь, ты одна такая?

— Что? — она не поняла, нахмурилась и обернулась.

— Ты не одна такая, Ромашка. Очень многие люди, совершая какие-то поступки, до конца не ведают, так ли уж это им нужно, или это просто принцип, долг или бунт, как в твоём случае. Многие вообще всю жизнь плывут по течению и даже не пытаются это осознать, в отличие от тебя.

— Я просто всегда хотела понять, кто я и что я, — сказала Рита тихо, почему-то посмотрев на свои ладони. — И какая я…

— Ты хорошая, — улыбнулся Сергей.