Мой граф

 – Мы стоим перед домом Грегори и Пиппы.

Нет, сам он их так, конечно, не называл, но мистер Доусон – да. Он же в своем роде член семьи.

Марбери было немножко завидно… ну ладно, ему было ужасно завидно. И даже стало как-то совестно из-за этого, потому что он завидует такому милому старику, который немножечко повредился умом, но, благополучно придя в норму, стал лучше прежнего.

Потому что мистер Доусон был интересным. Время от времени, когда старик бывал не в себе, он ругался и слишком много пил – прямо как Марбери.

А до своего умственного расстройства он был слишком уж вежливым, прямо до тошноты. Но искусственные руины, которые он спроектировал вместе с Грегори и Марбери, стали самым ироничным творением из всех, что когда-либо видела Англия, и у лорда и леди Тарстон не было отбоя от посетителей, желающих его увидеть.

Никому не было дела до собачьего домика. А жаль, потому что Марбери выиграл тот заказ.

Но бассейн для собак не мог сравниться с руинами, которые привлекали посетителей со всего мира взглянуть на лестницу, ведущую в никуда – вклад Уэстдейла, и на окошко в форме сердца, обращенное на закат, – идея мистера Доусона.

Марбери же снабжал проект едкими критическими замечаниями, но критиковал он только Грегори, не мистера Доусона, разумеется.

Передняя дверь дома открылась, и их взорам предстали дворецкий и маленькая девочка с белокурыми кудряшками и огромными голубыми глазами, выглядывающая из-за его спины.

– Ой, я так и знала, что это вы! – Она просияла от радости.

 – Пиппа попросила меня подождать в переднем холле после того, как пришла записка с временем вашего приезда.

Марбери тоже заулыбался:

– Бог мой, леди Синтия, как вы умудрились стать еще прелестней и обворожительней с тех пор, как я в последний раз видел вас на свадьбе вашего брата? – Он склонился над ее протянутой рукой.

– Грегори предупреждал меня, что вы опять будете так говорить, – хихикнула она.

Она опять захихикала:

– Как обольститель, которому нельзя верить, но он сказал, что в вашем случае поделать ничего нельзя.

Он сказал, что вы вполне достойны доверия.

– Да, я такой, – с гордостью ответствовал Марбери и потащил мистера Доусона через порог.

Синтия, без умолку болтая, ввела их в холл, где у них забрали пальто и шляпы.

– Это так волнующе, правда? Я никогда не была в Париже. Тут все. Малыш Альберт такая лапочка! Пиппа не хочет, чтобы вы что-нибудь пропустили, поэтому я должна отвести вас прямо в сад.