Мой граф

 – Она помолчала, видимо, ожидая ответа, но, не успел Марбери и рта раскрыть, затараторила дальше: – Какая жалость, что вы пропустили крещение. А сейчас у нас вечеринка. Ой, Пиппа сделала такую сахарную скульптуру – просто загляденье. Вересковая пустошь с травой из жженого сахара, и с кустами, и с мхом, и даже с марципановой гусыней с гусятами. – Она взяла руку мистера Доусона и сжала ее. – Она говорит, вы тоже любите гусей!

«А девчонка болтушка, каких поискать, не дает никому и слова вставить, – с восхищением подумал Марбери, – прямо как я».

Им завладело непреодолимое желание в качестве доброго жеста пойти и купить ей огромное блюдо с французской выпечкой или даже вписать ее в завещание, и он сам ужаснулся такому прямо-таки отеческому повороту своих мыслей.

Они уже были на ступеньках, ведущих во двор. Цветы на садовых клумбах цвели пышным цветом, и Марбери окутали со всех сторон головокружительные ароматы от лаванды до розмарина. Ему не хотелось признаваться в своей любви к цветам, поэтому он поспешил придать лицу как можно более безразличное выражение, лишь слегка смягчив пресыщенность слабым интересом.

Столы и стулья, покрытые белыми скатертями и накидками с кружевной каймой, были расставлены под каштанами. Их ветви защищали бы от полуденного солнца, если бы этому уголку Парижа посчастливилось его увидеть. Во всех других отношениях они были просто опасны для того, кто носит накладные волосы… как, к примеру, Марбери.

Как и обещала леди Синтия, тут и в самом деле собрались все.

За одним столиком сидели лорд и леди Брейди, склонив друг к другу головы и держась за руки.

Они были поглощены беседой и, казалось, не обращали внимания на происходящее вокруг.

«Да они, похоже, до сих пор влюблены и больше никого не замечают», – подумал Марбери и увидел, что мистеру Доусону, по-видимому, пришло в голову то же самое, ибо его губы сложились в приятную улыбку, которую так любит их подруга Пиппа. Возможно, старику вспомнились романтические моменты, которые были у них с покойной супругой. Марбери надеялся, что так и есть… и не почувствовал ни малейшего желания жениться самому.

– Грегори, Пиппа, идите скорее сюда и поприветствуйте лорда Марбери и мистера Доусона! – прокричала Синтия и потянула мистера Доусона за руку к самой большой группе, собравшейся в углу. Молодая леди с тициановскими волосами – сама Пиппа – отделилась от группки и поспешила к ним, держа на руках маленький сверток, завернутый в белый батист с вышитыми на нем крошечными голубыми утятами.