Мой граф

Леди Грэм тихонько вскрикнула.

Мистер Трикл фыркнул.

– Вот так да, – добродушно проговорил дядя Берти. – Он мне нравится, Пиппа. Даже в таком виде.

По комнате распространился едкий запах жженого сахара.

– О Боже. – Пиппа закусила пухлую нижнюю губку.

– Не унывай, моя девочка, – подбодрил ее Берти. – Любовь все меняет, знаешь ли. Для меня этот замок идеален уже только потому, что его сделала ты.

– Спасибо тебе на добром слове, дядюшка Берти, но мне этого недостаточно, – разволновалась Пиппа. – Теперь видишь, почему я должна ехать в Париж?

Грегори изо всех сил старался не обращать внимания на чувство, возникшее у него в душе, что жалостная, отчаянная мольба Пиппы пробудила в нем безумное желание спасти ее, сунуть под мышку, ускакать с ней на пегом жеребце из его мальчишеских грез (которого у него никогда не было и которого он никогда себе не позволит) и спрятать в каком-нибудь замке с горгульями на каждом углу, каждом выступе и башенке.

Но тут двери столовой вновь распахнулись, громко стукнувшись о стены.

– Разрази меня гром! Там, на пороге мистер Хоторн, ухажер леди Пиппы.

Боже правый, нет. Грегори почувствовал резкий укол удивления и раздражения.

– Я сказал ему, что вы не принимаете посетителей в этот час, лорд Карсон, – обратился Брик к Берти, – но этого джентльмена не так просто остановить.

«Да уж, это точно», – вскипая, подумал Грегори.

Брик ткнул пальцем себе за спину.

– Он снял комнату в «Синем дублоне» в Пламтри и пришел делать предложение леди Пиппе. – Он наклонился к собравшимся и громко прошептал: – Он похож на хорька, и пахнет от него так же.

– Брик, – с упреком проговорила леди Грэм. – Я уверена, он слышит тебя.

– Не будет никаких предложений ни этим вечером, ни в ближайшем будущем. – Тон дяди Берти был таким грозным, что собаки вылезли из-под стола и перебрались на свое второе любимое место отдыха – прямо на здоровенные ноги лакея у стены, чьи башмаки, должно быть, впитали соблазнительные запахи кухни.

– Но он утверждает, что мистер Трикл пригласил его на сегодняшнее торжество и согласился выдать за него леди Пиппу, – проскрипел дворецкий.

– Выдать меня? – Пиппа была вне себя. – Я не выйду за какого-то самовлюбленного хорька с торчащими зубами.