Моя до полуночи

Пытаясь контролировать себя, Кэм вошел в нее. Амелия выгнула спину ему навстречу, чем чуть не свела его с ума.

– Любимая, подожди. Пожалуйста. Не надо… Лежи спокойно, – прошептал он. – Подержи меня внутри. Ощути, как реагирует на мое вторжение твое тело.

Тяжело дыша, Амелия попыталась послушаться Кэма. Кэм заставил их обоих с минуту не шевелиться, но потом начал двигаться и, погружаясь все глубже в бездонную темноту, испытал невиданное дотоле наслаждение.

Спустя час они лежали рядом и были похожи на людей, спасшихся после кораблекрушения во время шторма.

Когда Кэм собрался с силами и пошевелился – это случилась не скоро, – он перекатился на бок и уткнулся носом в грудь Амелии, с удовольствием вдыхая ее влажное тепло.

Амелия снова начала теребить кольцо.

– Опять не снимается, – рассердилась она.

Кэм наклонил голову и, взяв ее палец, обвел языком вокруг его основания. Потом осторожно зубами снял кольцо и надел его на свой мизинец.

– Ты привыкнешь его носить. Мы будем надевать его каждый день на два-три часа.

Так приучают лошадь к упряжи, – усмехнулся он.

Укрывшись одеялом, Кэм продолжал ее гладить. Амелия вздыхала, прислонившись к его плечу.

– Между прочим, – пробормотал он, – столовое серебро уже снова лежит в буфете.

– Вот как? – сонным голосом отреагировала она. – А как…

– Пока мы с Беатрикс давили пчел, у нас с ней произошел разговор. Она объяснила мне проблему. Мы договорились, что придумаем для нее какое-нибудь новое хобби. Для начала я собираюсь научить ее верховой езде. Твоя сестра призналась, что ни разу не садилась на лошадь.

– У нас всегда было столько проблем… – попыталась оправдаться Амелия.

– Я знаю, колибри. Ты сделала более чем достаточно, не позволив семье развалиться. Настало время, чтобы кто-то тебе помог. – Он нежно ее поцеловал. – Чтобы кто-то тебя защищал.

– Спи. Спорить будем завтра утром. Желаю тебе приятных снов, моя дорогая.

Амелия заснула глубоким сном. Ей приснилось, что она отдыхает в гнезде дракона, укрытая его крылом, а сказочный дракон дышит огнем на всех, кто смеет к ней приблизиться.

Среди ночи ей показалось, что Кэм встал и надевает на себя брюки и рубашку.

– Пойду проверю Меррипена.

Амелии хотелось пойти с ним – она беспокоилась за Меррипена, – но когда она попыталась сесть, почувствовала, как от усталости закружилась голова.

Кэм уложил ее обратно на подушку, и она тут же уснула. Но сон был чутким. Когда Кэм вернулся, лег рядом и обнял ее, Амелия сразу открыла глаза и спросила:

– Нет еще.