Моя красавица

И в первую очередь я хочу вышвырнуть оттуда свою мать.

— Ты такой холодный, — прошептала Кейт, изумленно глядя на сидящего перед ней мужчину.

— Более чем. Хочешь узнать, почему я так ненавижу ее? Когда мне было семь и приближалось Рождество, мать сказала, что я в этом году был плохим мальчиком и подарков не будет. Я не мог поверить в это и начал их искать. Она не солгала, подарков я не нашел. Зато я обнаружил реальную жизнь.

— Ты узнал о Левандере? — Внутри у Кейт все сжалось, когда она задала этот вопрос, она представить себе не могла, что мог почувствовать семилетний малыш, узнав о семейной тайне.

 — Я думала, они узнали о том, что он в детском доме, только когда прилетели в Австралию…

— Они знали об этом и раньше. Все это время они знали, что их дети остались в детских домах, но были слишком заняты обустройством новой роскошной жизни, чтобы задумываться о таких мелочах.

— Левандер — сын моего отца, у Ивана был мимолетный роман с гувернанткой до того, как он женился на матери.

Умирая, мать Левандера умоляла Ивана забрать мальчика с собой в Австралию. Я нашел письма и сертификаты, подтверждающие это. Но тогда же я узнал, что был еще один ребенок — еще до рождения Левандера у Ивана и Нины родился сын. — Он говорил бесстрастно, но его лицо было практически серым. — Даже мои братья не знают об этом. Я пришел к этими бумагами к отцу…

— Он ответил мне с помощью своего кулака. И с помощью ботинок и ремня. Меня больше напугала даже не боль, а страх в его глазах.

Кейт не могла понять, как такое было возможно. Она хотела что-то сказать, но не могла, изо всех сил стараясь сдержать слезы.

— Он был взбешен и испуган и потерял контроль над собой. Я убедил себя в том, что в этот момент его страх превзошел его любовь ко мне.

С этими словами Алекси снова отвернулся от нее, уставившись в пасмурное небо за окном. Но Кейт знала, что должна заставить его продолжать говорить, иначе он опять закроется от нее.

— Ничто не может превзойти любовь.

Кейт показалось, что ее кровь застыла в жилах, потому что она поняла, что опять причинила ему боль.

— Когда тебе семь и ты лежишь на полу, а человек, которого ты любишь больше всего на свете, человек, на которого ты всеми силами стараешься быть похожим, избивает тебя, пинает… Когда ты видишь его безумные глаза и чувствуешь его плевок на своем лице.

По лицу Кейт беззвучно катились слезы, но она молчала, боясь прервать его.