Моя навсегда (СИ)

— Ну что, Рома, как успехи? — спросил он, плюхаясь на кресло рядом с Романом.

— Рано пока говорить, — ответил Роман, подавив легкое раздражение оттого, что пришлось прерваться.

— Зато самое время обедать! Пойдемте, там уже все для вас накрыто-приготовлено.

— Благодарю, но я бы… — Стрелецкий хотел отказаться, но случайно взглянул на Лилю.

Та явно была не против отвлечься на обед. И словно подтверждая его наблюдение, ее живот протяжно заурчал.

Лиля смущенно покраснела и подобралась.

— Хорошо, сделаем небольшой перерыв, — уступил Роман.

Они вышли из конференц-зала все втроем. Павел Викторович без умолку болтал и балагурил, в шутку флиртуя с Бучинской. Лиля в ответ застенчиво хихикала. Один Роман хранил строгое молчание — слишком уж выбила его встреча с Ольгой. И если там он в конце концов смог заставить себя собраться и с головой уйти в отчеты. То теперь снова его придавило. Дай бог, они больше сегодня не встретятся.

Роман думал, что Павел Викторович отведет их в столовую. Но он препроводил их в приемную, в свой собственный кабинет.

Стол там и правда был уже накрыт. Причем по высшему разряду.

Роман оглядел закуски: корзиночки с красной и черной икрой, нарезки из лосося, буженина, язык, оливки, сыр. И весь этот гастрономический натюрморт венчала бутылка хорошего французского коньяка.

— К чему это? Мы бы просто пообедали с Лилей, — нахмурился Роман.

— Я тебя умоляю, Ром. Во-первых, в столовой уже ничего нет, все съели. А во-вторых, ну как я мог иначе, а? Когда такой человек к нам пожаловал.

— Павел Викторович, я тронут. Правда. Но мы сейчас на работе. Ну какой коньяк? Нам еще столько…

Застолье на работе всегда казалось Стрелецкому дикостью. Невозможно было даже представить, чтобы при матери проверяющих потчевали и пытались подпоить. И хотя Потапов все это устроил только потому, что относился к нему, как к старому знакомому, и был искренне радушен, Роману казалось это неправильным.

— Обижаешь… — погрустнел Павел Викторович.

Лиля смотрела на стол голодными глазами, но ни к чему не смела притронуться без его дозволения.

— Ладно, немного перекусим и вернемся к работе. Но коньяк, будьте добры, уберите, — присел за стол Роман.

Лиля сразу же воодушевилась.

— Приятного аппетита!

— Эх, — с досадой вздохнул Павел Викторович, пряча темную пузатую бутылку в шкаф.