Моя навсегда (СИ)

 — А, может, тогда в выходные встретимся, а? А что? Идея! Приезжайте вдвоем ко мне на дачу. У меня там сосны, свежий воздух, банька своя. И дом ничего. Не дворец, но каждому комната отдельная найдется. Я шашлыков наделаю, ты таких в жизни не ел! Заодно отметим встречу. И жена моя будет очень рада тебя повидать. Она так сокрушалась из-за Маргариты Сергеевны, очень ее уважала…

— Посмотрим, Павел Викторович, — без особого энтузиазма ответил Стрелецкий, подцепив вилкой ломтик семги.

— Ром, ну ты в своей Москве совсем нелюдимый стал.

Ну со своими старыми друзьями грех не выпить, когда столько лет не виделись!

Тут в дверь постучали, и в кабинет вошла Ольга, остановившись у порога. Увидела застолье, увидела Романа и сразу вспыхнула. Тотчас отвела глаза, но на щеках ее проступил предательский румянец.

— Извините, Павел Викторович… Секретаря на месте нет… Я по поводу вашей просьбы…

— Давай потом, — отмахнулся Потапов. — Рома, а вот и наша Ольга…

Роман и сам едва не задохнулся от нахлынувшего волнения. И рыба эта дурацкая комом встала в глотке.

Он закашлялся, попил минералки и лишь потом сумел выдавить:

— Да, мы виделись уже сегодня.

— А, ну и прекрасно. А это Лилия… Аркадьевна. Верно запомнил, Лилечка? Помогает нашему Роману вывести вас всех на чистую воду, — Потапов затрясся от смеха над собственной шуткой. Потом спросил: — Присоединишься?

Оля стояла напряженная и прямая, точно кол проглотила. Но на его вопрос решительно замотала головой, пожалуй, даже слишком решительно.

— Ну ладно, — не стал уговаривать ее Потапов.

 — Позже потом зайдешь.

После ухода Оли у Романа пропал всякий аппетит. Лиля, как понятливая подчиненная, сразу уловила перемены в его настроении и, вздохнув, отложила вилку.

— Спасибо большое, — поблагодарила она Павла Викторовича.

— Как? Уже? Лилечка, вы меня убиваете. Но в субботу я жду вас у себя. Пришлю машину. Имейте в виду: отказы не принимаются.

После Потаповского застолья включиться в работу было еще сложнее. Они с Олей, подумал Роман, как школьники, которые столбенеют при виде друг друга.

Надо заканчивать этот детский сад. Брать себя в руки и как-то уже начинать взаимодействовать с ней. Разумеется, как начальник и подчиненный. И прежде всего, сказал он себе, пора прекратить называть ее в мыслях Олей. Только Ольга Николаевна и никак иначе.

Он почти на автомате просматривал документы, в которых на первый взгляд все было в порядке. В отчетах так и вовсе не нашел, к чему прицепиться. Все сходилось, все соответствовало.