Моя по всем статьям

Самым смешным оказалось то, что через два часа я действительно снова зашла в подъезд. Ругала себя за то, что не поехала к Вале, за то, что не вернулась сразу и за то, что не сняла комнатёнку в каком-нибудь убогом хостеле. Хотя бы ради того, чтобы дать Арду понять – так, как хочет он, не будет. И подчиняться ему я не стану.

Только Вале я так и не позвонила. Что она скажет мне? Что я дура? Что нужно было вернуться и не строить из себя невесть какую сильную и независимую. Что моя «зависимость», ничего не подозревая, возится с усатым Тёмой, а я просто-напросто не могу принять, что никуда уже от Рихарда не денусь.

Не денусь.

На этот раз в квартире стояла полнейшая тишина. Света в коридоре не было, и я, включив его, поставила на тумбочку пакет со свежим, купленным в кондитерской возле дома, лимонным рулетом. Раньше никогда не бывавшая в Питере, за несколько дней я полюбила его всем сердцем. Полюбила его переменчивую погоду, низкое небо и эти самые кондитерские со свежим хлебом и кофе на вынос.

– Господи, – прошептала, войдя на кухню.

Ард стоял в углу, возле раковины, и я сперва его не заметила.

Руки его были сложены на груди, лодыжки скрещены. Я остановилась в непонятной нерешительности. Голос пропал, как и слова.

Усилием я заставила себя вынырнуть из странного дурмана.

Я выразительно посмотрела на Арда. Покачала головой и бросила пакет с рулетом на стол. Почему я даже не удивлена?

– Удивительное совпадение, – выговорила едко.

– Сам поражаюсь, – Ард подошёл и опустил ладони мне на бёдра.

Я поджала губы, коротко выдохнула, глядя на него снизу-вверх.

Он погладил меня кончиками пальцев над поясом джинсов. Молча. Может быть потому, что не считал нужным говорить, а может у него, как и у меня, не было слов. Хотя последнее было сомнительным.

Нити между нами натянулись.

– Ты бросила меня у алтаря, – его голос был низким, бархатным. Вроде бы, полушутка, да только ни он, ни я не улыбнулись.

– Заслужил, – согласился он.

И опять ни намёка на улыбку. Только пальцы были уже не у края ткани, а выше.

Молчание затягивалось. Нити, ведущие от моего сердца к его, были всё так же натянуты, а в воздухе сгустилась недосказанность.

Рихард медленно перевёл взгляд на стол. Взял пакет. Второй рукой – меня за запястье. Потянул к комнате. Я сглотнула, зная, что будет дальше. Смятая простынь, огонь в чёрных зрачках и я, подвластная ему.

Но раздевать меня, как мы оказались в комнате Рихарда, он не принялся. Дверь балкона была раскрыта, ветерок шевелил лёгкий белый тюль.