Моя по всем статьям

Ею будут наполнены улицы, дома, где я бывала когда-то. Зима сменится весной, и в весне будет жить моя любовь к нему.

– Рихард, – прошептала я. – Я… я всегда любила только тебя. Всегда. И я бы ушла от Димы. Ушла бы, – мы оба знали, про какой момент я говорю. Чтобы прогнать начавшие подкатывать слёзы, я сделала глоток из бокала. Отставила его. – Мне было больно тогда.

– Теперь я знаю. Мне тоже было больно, Крис. Да чёрт… У меня было одно желание – наплевать на всё, отобрать тебя у Афанасьева и не отдавать.

– Надо было так и сделать.

– Надо было, – мрачно подтвердил он. – Прости.

– Прощу… – сглотнула ком слёз. – Если ты… если ты приготовишь рулетики, то прощу.

Он не сводил с меня взгляда. Мне стало трудно дышать, каждый вздох давался сложнее и сложнее. Лёгкие были наполнены кислородом, лицо обдувал ветерок, а я понимала, что задыхаюсь: от чувств, от вырвавшейся из заточения любви.

– Приготовлю, – Рихард накрыл мою руку своей. – А ты выйдешь за меня замуж?

– Выйду, – шепотом, вторя дыханию ветра.

Когда я вышла на балкон, погружённый в молочную дымку город ещё спал. Только вдалеке дворник скрёб метлой по асфальту, нарушая тишину. Солнце ещё не встало, но на улице было светло. Белые ночи… Столько раз я слышала про них, а теперь сама стала их частью.

– Что тебе не спится? – на мои плечи опустилось что-то тяжёлое.

Я вздрогнула от неожиданности и только мгновение спустя поняла, что Рихард укутал меня в одеяло. Так погрузилась в свои мысли, что не услышала, как он подошёл.

– Это другое, – рассматривая его, нахмурилась я. Хотела повернуться к Арду лицом, но он прижал меня так плотно, что не смогла.

В кольце его рук я была, как в коконе. И кокон этот грел меня куда лучше, чем одеяло.

– С тем у нас не задалось, – потёрся щекой о мои волосы и упёрся в макушку подбородком. Я услышала его шумный выдох, почувствовала, как поднялась и опала грудь.

Мы замолчали. Я положила ладони поверх его рук, посмотрела вдаль. Только-только начинал заниматься настоящий рассвет.

– Не хочу возвращаться, – призналась я. – В этом городе есть что-то такое… Он только кажется неприветливым. А на самом деле… Он лечит. Правда лечит. Только нужно понять его. А там… Ты опять станешь самовлюблённым мерзавцем, а я…

– А ты? – тихо спросил Ард, взъерошивая носом волосы у моего виска.