Моя строптивая леди

— Какая хорошенькая! Потанцуем?

Дорогу заступил какой-то джентльмен. Что за несчастье! На сей раз это оказался гигант Грешем. В расстегнутом мундире, белый жилет испятнан вином, к тому же без парика Грешем выставил напоказ бритую голову. Тем не менее выглядел он по-прежнему внушительно, и было ясно, что никто не посмеет оспаривать его право на даму. Поэтому, когда Грешем предложил Честити руку, она почти без колебаний приняла ее.

Несколько минут они танцевали вполне прилично, но вдруг, без малейшего предупреждения, Грешем поднял ее за талию и закружил.

У Честити вырвался пронзительный визг. Она испугалась, что тоже потеряет парик, к тому же ее потрясла громадная сила кавалера. В его руках она казалась совершенно беспомощной и лишь теперь сообразила, что до сих пор рядом всегда бывал кто-то из близких — отец, брат, Син. Кто-то, к кому можно броситься в поисках защиты. Теперь она была одна.

Грешем ослабил хватку и позволил девушке сползти по его груди на пол. Этот ловкий маневр задрал спереди все ее юбки и почти полностью обнажил ноги.

К тому же Грешем набросился на нее с поцелуями. В этих медвежьих объятиях невозможно было шевельнуться. Честити попробовала сжать губы, но большой палец перебрался с подбородка вверх и разжал их.

Потом, впервые в жизни, во рту оказался чужой язык. В этом было что-то сродни насилию, но особого рода. Помимо воли оно рождало отклик, рот становился все податливее, губы трепетали на грани того, чтобы ответить на поцелуй.

— Так-то лучше, — сказал Грешем, отстранившись. — Но к чему эти ужимки? Что, ты уже подыскала кого-нибудь?

— Да! Да! — обрадовалась Честити.

— Ничего, он не станет возражать.

Рука легла на грудь и сжала — слишком сильно, до боли. Робкая тень наслаждения растаяла, сменившись страхом. А если он навалится на нее прямо здесь, при всех?! Честити откинулась назад, насколько это было возможно. Грешем воспользовался этим, чтобы покрыть поцелуями ее шею. Нужно было что-то придумать, и поскорее.

— Милорд, мой кавалер обещал принести что-нибудь съестное. Я умираю с голоду! Накормите меня — и я ваша!

— Всегда к твоим услугам, — пробормотал офицер. — Накормлю прямо здесь и сейчас, дай только расстегнуть брюки. Смотри, что у меня есть!

Он прижал ее руку к выпуклости внизу живота. Честити ахнула: такое может разорвать пополам!

— Что, нравится? — гордо осведомился гигант. — Поработай немного ротиком, и наешься до отвала.