– Их уже допросили?
– К сожалению, трупы не могут разговаривать.
– Пекло! – выплюнул я.
– Их нашли вчера, я просто ещё не успел доложить об этом.
– А товар? У них ничего не было?
– Пара чемоданов шёлка, какая-то посуда. По-видимому, они думали, что их отпустят, но… Мне кажется, они были лишь пешками в чужой игре. Тому, кто это сделал, свидетели не нужны.
– Странно, – в голове не было ни единой зацепки. – Тогда где всё остальное? Я был на складе Эртона – он огромен!
– Слышал, что часть эльфийских товаров всплыла вблизи Орочьего района.
– Чёрный рынок?
Леон кивнул.
– Но я бы не советовал появляться там Первому дознавателю. Место крайне опасное и неприятное.
– Не впервой, – хмыкнул я и поднялся с места. – Спасибо за очень ценную информацию.
Развернувшись, я зашагал к выходу.
– Клаус! – остановил меня Леон. – Тебе-то это зачем?
– Я дал обещание. Это… личное.
Дождь закончился, и на город опустился туман, словно застывший морозный дым, который изменил внешний облик столицы.
Теперь улицы и переулки были скрыты под густой пеленой, а здания превратились в неясные силуэты, слепящие скупыми проблесками уличных фонарей.
“Подходящая погода, чтобы наведаться на Чёрный рынок” – буркнул я, выйдя из отделения полиции. Прохладный осенний ветер, насыщенный запахом увядающей листвы, проник вглубь лёгких и непривычно охолодил внутренности.
Дракон в кои-то веки перестал ёрзать и теперь молчал.
Странно, но в Орочьем районе не проживали орки.
Зато всякого ворья, жуликов и беглых магов тут было хоть отбавляй. Такие люди есть в любом большом городе, и с этим ничего не поделаешь. Были рейды, и я лично в них участвовал. Переловил большую часть беглых тёмных магов, но через какое-то время они появлялись вновь. Словно сорняки – сколько ни выпалывай, а они всё равно лезут из всех щелей… Однако у любого хорошего дознавателя должны быть свои связи. Даже в таком месте. За время службы я сумел “сдружиться”, если здесь вообще уместно данное слово, с парочкой наименее опасных представителей Орочьего района.
К одному такому человеку я и направился."
"После проливного дождя улицы здесь буквально тонули в грязи. Тесные переулки, по которым обычно шныряли заезжие торговцы контрабандной и воры, превратились в настоящую трясину. А мусор вперемежку с дождевой водой создал запах тлена и гниения, который проникал в каждый уголок округи.
