"
"Он щурит взгляд, из-за чего я вспоминаю первые дни нашего знакомства, когда мне чудилось, что в его взгляде играют кубики льда.
— Хватит прикалываться, Юля, — от отмахивается и переключается на чай, делая первый глоток.
— У меня такой серьезный муж, — я подкалываю его и толкаю плечом. — Ты замечал, что тебе напрочь отказывает чувство юмора, когда речь заходит о нашем браке? Ты ужасный собственник, Север.
Я могу долго подкалывать его, но останавливаюсь, когда мне неожиданно открывается удивительная правда.
Он ревнует меня также, как я его. Что-то иррациональное, но обоюдоострое. Вот как я чувствую себя идиоткой, но ничего не могу поделать с желанием отгородить свою собственность в виде завидного мужа от длинноногих соискательниц. Так и он реагирует на мои глупые шуточки с кольцом.
— Думаешь, имя любовника напишу на кольце? — я снова толкаю его. — И его телефон, чтобы не забыть. Хотя, вряд ли, поместится.
— Ты мне запиши, я его под асфальт закопаю.
Я меняю тактику и льну к нему. Целую в шею, очерчивая ворот футболки, беззастенчиво мурчу и изображаю ласковую кошечку.
— Там будет твое имя, дурачок. То, которое у тебя было, когда мы познакомились. Андрей Викторович Рейтерн.
Мы поменяли фамилию, когда расписывались. Скромная церемония и острое желание начать с чистого листа. Север не стал спорить, а я тогда была одержима идеей отсечь беспокойное прошлое. Тем более Северу больше не нужно было прятаться и подписываться выдуманной фамилией. Он вернул свою родную, которую я тоже взяла.
Мы теперь Ларионовы.
— Мне захотелось, чтобы оно было со мной, — шепчу примительно. — Хочу полную коллекцию. У меня же есть твой медальон, который ты мне подарил.
Хотя я вернула его Северу. На его массивной груди солдатский медальон смотрелся слишком круто, чтобы прятать его в ящике.
Я запрокидываю голову и вижу, как в сгущающихся сумерках разгораются звезды. Легкие искры набирают силу и, если приглядеться или включить фантазию, создают целые созвездия. Я рисую их, как хочу, не думаю о том, как записано в картах.
И слышу, как мирно дышит Север.
Он отставляет стаканчик в сторону и обнимает меня за талию. Молчит, что странно при его уровне красноречия, но кажется я попала ему в самое сердце со своей затеей с кольцом. Он ничего не говорит, но я чувствую по его пальцам, что прилив ревности сменяется приливом нежности.
— Я тогда татуировку сделаю…
— Даже не думай! — выворачиваюсь из его объятий и всем видом показываю, что против.
