Вычеркнуть, смыть из памяти, замазать новыми воспоминаниями, новыми красками. Желая сделать это как можно скорее, я обхватила Вандора за шею и прижалась к нему всем телом. Он рыкнул. Впился в мои бёдра, приподнял ноги и резко вошёл.
— Боже… — выдохнула я.
Я не готова была так резко принять его, и от этого стремительного вторжения мне было немного больно. Я зажмурилась, пытаясь привыкнуть, подстроиться, но боль отступала слишком медленно. Он проникал в меня, вбиваясь глубоко и жадно. Мне же хотелось… Понятия не имею, чего мне хотелось.
Хотелось, чтобы что-то было иначе, чтобы он был другой. Нет, не другой — другой лишь со мной.
— Не так быстро, Вандор, — попросила я.
Он не послушал. Сгрёб мои волосы и, повалив на стол спиной, посмотрел в глаза. Взгляд хищного зверя: волка, стремительного гепарда. Циничного и беспощадного, не привыкшего считаться со слабыми, подчиняющего себе всех и каждого, повстречавшегося на его пути. Мне показалось, что ещё несколько секунд назад взгляд его был другим, а сейчас… что-то неуловимо поменялось.
Лёд стал колючим, серебристым.
— Потерпишь, — просипел он, набирая темп.
Толчки его стали ещё более резкими и жёсткими, словно бы он пытался отключиться от происходящего. Одно движение за другим — быстро и как-то отстранённо. И всё же я чувствовала тепло. Тело моё предавало меня, откликалось, и совсем скоро я снова начала получать удовольствие. Подумать только… Он трахал меня, разложив на кухонном столе словно цыплёнка для фаршировки, а я… Хорошая девочка!
— Ты скотина, — вырвалось у меня, когда он впечатался в меня особо глубоко.
— М-м-м…
Я изогнулась, ухватилась за его плечи и снова повалилась на стол. Внезапно мне захотелось быть ещё ближе, ещё теснее, и я обвила его бёдра ногами. Раскрылась, пустила его так глубоко, как только могла.
— Будь ты проклята! — прохрипел он, вдалбливаясь в меня с глухим рычанием. — Проклята!.. Ты хоть понимаешь…
Что мне нужно было понимать, я так и не услышала, потому как с очередным его проникновением сжатая пружина внутри меня начала стремительно разматываться.
Он снова и снова входил в меня, его член наполнял меня до отказа, растягивал, а я жадно ловила ртом воздух и металась под ним в сводящей с ума агонии. Не знаю, что должна была понимать — понимала я одно: от этого уже не спрятаться. Беги не беги. И то, что было с Матвеем… Не важно. Та ночь…
— Вандор! — вскрикнула я, рваными глотками хватая ртом воздух.
