Я заколебалась – найти его и извиниться, привести в дом, или дать побыть наедине с собой?
Так ничего толком и не решив, я толкнула дверь и остолбенела. Рядом с колодцем, спиной ко мне, стоял совершенно обнаженный Ричард. Надо было зажмуриться и тихо прикрыть дверь, но я, застыв точно статуя, не могла оторвать от него глаз, кажется, даже моргать забыла. В лунном свете его кожа выглядела серебряной, и невозможно было не смотреть, как под этим серебром переливаются мышцы, невозможно было отвести взгляда от широких плеч, узкой талии, крепких бедер.
Меня бросило в жар, сердце заколотилось в горле, а низ живота налился незнакомой тяжестью.
Ричард опрокинул на себя ведро с водой. Плеск привел меня в чувство. Я юркнула в дом. Прислонилась к стене – почему-то подгибались колени.
И только тут до меня по-настоящему дошло, что лежанка в доме одна.
Снова заколотилось сердце и загорелись щеки. Да что со мной? Постель – это просто постель. В ней спят. Спят, а не… точнее, не только…
Я выругалась – не помогло.
Перед глазами само собой возникло сильное обнаженное тело, залитое лунным светом, струи воды, стекающие по ложбинке позвоночника. Какой же он красивый, аж дыхание перехватывает!
Я нервно хихикнула – кажется, бессонная ночь мне обеспечена. Вот ведь угораздило!
Дверь распахнулась, впуская Ричарда. Мокрые волосы прилипли к шее, капли воды, впитываясь в рубаху, приклеивали ткань к коже, очерчивая тело. Да что ж это такое!
– Пахнет вкусно. – Он бросил на пол охапку лапника и обернулся ко мне.
– Всего лишь рис с солониной. И чай с медом, как ты любишь. – О чудо, голос послушался, мне казалось, и слова выдавить не смогу.
– Ты помнишь? – он улыбнулся, и я, сама не понимая почему, расплылась ответной улыбкой.
– Помню.
Я заставила себя отвести взгляд. В глаза бросился лапник на полу.
– А это зачем?
– Мне. Спать.
Да, так будет правильно. Чем дальше мы окажемся друг от друга, тем лучше. А к утру наваждение пройдет.
Но вместо того, чтобы кивнуть и позвать его за стол, я возмутилась:
– Не будешь же ты спать на полу!
– Я две недели спал на камнях, – широко улыбнулся Ричард.
– Так что это просто королевское ложе.
И снова надо было соглашаться и менять тему, и снова я, непонятно зачем, заупрямилась:"
"– На этой кровати хватит места двоим.
С его лица сползла улыбка. Ричард шагнул ко мне, пристально глядя в глаза.
– Я не герой баллады, Роза, – хрипло произнес он.
– То есть? – выдохнула я, облизнув внезапно пересохшие губы.
