Мой личный враг

Если бы Лада выехала на Маросейку, она увидела бы Александру, лежавшую в куче снега, и человека, склонившегося над ней, но она дала газ, решительно развернулась в тесном Потаповском переулке и двинулась в другую сторону, ни о чем не подозревая и только чувствуя себя виноватой перед Александрой, которую только что так грубо выставила из Машиной квартиры…

Машина сделала еще два поворота и оказалась на Бульварном кольце.

— Ну что? — спросил пассажир у водителя.

— Да ты же видел! Черт его знает, откуда этот мужик выскочил!

— Вот зараза, придется все сначала начинать…

— Я говорил — лучше в подъезде, а ты — нет, нет, так вернее…

— Да пошел ты! Ни хрена не умеешь, даже девку сшибить.

А если опять к ней охранника приставят?

— Да кому она нужна, охранника приставлять.

— Ну приставили же тогда!

— Да не знаю я, зачем тогда приставили!..

— Не нравится мне она, вот что. Мы же не знаем, что это за девка и кому она мешает.

— Да тебе-то что? Лишь бы деньги платили.

Пристрелить ее ничего не стоит, вон она, разинув рот, по улицам ходит…

— Однако кто-то ее все-таки вытащил…

— Случайность какая-то, да и все. Может, ему деньги понадобились, тому бомжу, вот он и кинулся.

— Если бы ты соображал побыстрее, он бы не кинулся! Вот зараза! Они помолчали.

— Будешь звонить-то?

— И не подумаю. Сделаем дело, тогда и позвоню."

"Добравшись до «Останкино», Лада первым делом позвонила Александре, но трубку никто не снял.

На третьем гудке включился автоответчик, и голос Филиппа Бовэ попросил оставить информацию. Лада велела Александре позвонить ей, как только она появится дома, и положила трубку.

— Тебя Терехина спрашивала, — озабоченно сказал Вася Куренной.

Вика с утра была не в духе, в воздухе пахло грозой, и Вася до смерти боялся, что она разразится в его смену.

— Что ей нужно, не знаешь? — спросила Лада.

— Не знаю, Лад, — сочувственно ответил Вася. — Знаю только, что она с самого утра рвет и мечет.

Может, уедешь, а мы скажем, что тебя не было сегодня?

— Нет, — решительно сказала Лада, — не нужно.

Не в ее правилах отступать. Даже проигрывая. Бедный Вася Куренной, подумала Лада, он, поди, не догадывается, что ему предстоит лишиться еще одного грамотного и профессионального сотрудника. И не на время, а навсегда.

Вика не даст ей работать в непосредственной близости от себя, пусть даже и в соседней редакции.